Она остановилась в столовой, рассматривая обеденный стол, рассчитанный на двенадцать человек. Красное дерево было отполировано так, что в нем было видно ее отражение. Они будут выглядеть немного странно, устроившись вчетвером на одном конце, но ужин на кухне тем более не соответствовал ситуации. В ящике серванта нашлись салфетки и серебряные кольца для них. Кольца для салфеток! Если бы Ларри не объяснил ей, женщина так и не поняла бы их функцию. Он и правда принадлежал к высшему обществу, и ей не терпелось познакомить с ним Тару.
Вайолет никогда прежде не встречалась с таким мужчиной. Он был не просто физически привлекателен, а настолько красив, что девушки оборачивались ему вслед и бросали восхищенные взгляды, а ей испепеляющие, когда с самодовольным лицом она брала своего мужчину за руку. К тому же он был очень щедрым. Конечно, это было не сложно с его достатком, но богатые люди далеко не всегда умеют легко расставаться с деньгами.
В начале их отношений Вайолет платила за себя сама, чтобы не показаться охотницей за кошельками. Может, удача ее и покинула, но гордость-то оставалась при ней. Но со временем ей надоело препираться на этот счет. Теперь за все платил Ларри, а она неохотно признавала, что ее скромные доходы не позволяли вести такой роскошный образ жизни.
Закончив раскладывать серебряные приборы и расставлять хрустальные бокалы, Вайолет, отступив на пару шагов, полюбовалась на свою работу. Затем бросила взгляд на канделябр с пятью красными свечами, размышляя, стоит ли ставить его на стол.
– Весь картофель очищен, – доложил Ларри, просунув голову в дверь. – Налить тебе выпить, детка?
– Чинзано, пожалуйста.
– Будет сделано через секунду. Расслабься и предоставь все мне.
Вайолет улыбалась, глядя на его удаляющуюся фигуру и вдыхая легкий аромат одеколона. Из кухни доносилось его тихое пение и приятное клацанье льда в бокалах. Вряд ли она когда-нибудь прежде была так счастлива. Взглянув на часы, она отправилась к нему на кухню. Вскоре ее дочь познакомится с ним и полюбит его так же, как и она сама.
Тара постучала в дверь ванной.
– Альф, что ты там делаешь столько времени?
– Выйду через секунду.
Девушка услышала, как он возится с замком, пытаясь открыть дверь.
– Слава богу! Что ты там делал?
На его лице красовались свежие порезы, кое-как прикрытые кусочками туалетной бумаги, перепачканной кровью.
– Порезался, когда брился. Наверное, станок тупой.
– Какого черта, Альф? Что нам теперь делать с тобой?
– Все будет в порядке. Кровь скоро остановится. Так, где тут моя рубашка?
– Весит на двери. Я ее погладила.
Она проводила его на кухню и подала рубашку.
– Скорее, Альф. Автобус приедет в двадцать минут.
Тара наблюдала, как он застегивает пуговицы. Непростая задача для неловких, пораженных артритом пальцев.
– А где твой галстук?
– У меня только тот, что для похорон, – нахмурился старик. – Надеть его?
– У тебя же еще один есть. Оранжевый с коричневыми полосками. Остановимся на нем.
– Не получится, милая. Я на днях испачкал его яичницей.
– Альф, – простонала Тара, не скрывая своего раздражения. – Я отчищу все губкой, где он?
– В корзине для белья, – ответил он, заправляя рубашку в брюки. – Это всего лишь воскресный обед, к чему столько суеты?
– Не знаю, но мама велела одеться прилично, – ответила девушка, извлекая галстук из-под груды нестиранного белья. – Так и сказала. Наденьте все самое лучшее. Видимо, у него там так принято.
Она отскребла ногтями присохшее яйцо, затем хорошенько потерла пятнышко губкой.
– Готово. Помочь тебе завязать его?
– Маленькие девочки умеют завязывать галстуки? – Старик поднял свои кустистые брови.
– Я такой же в школу ношу, забыл?
Она подняла воротник его рубашки, обернула галстук вокруг шеи и решительно набросила один конец поверх другого, не желая признавать, что завязывать его не на себе оказалось намного сложнее.
– Годится, – Тара похлопала старика по груди. – Теперь поторапливайся. Мы уже опаздываем.
– Прости, милашка, я уже не способен двигаться быстро, – вздохнул Альф, взяв в руки шляпу и трость.
Тара сверилась с картой.
– Следующий поворот налево, – объявила она. Взяв старика под руку, она потащила его за собой по тротуару.
Когда они оказались на подъездной дорожке Ларри, Альф окинул дом оценивающим взглядом и присвистнул.
– Прямо как в сериалах показывают, – сказал он. – Интересно, у него и слуги есть?
Девушка рассматривала усаженную цветами аллею. Дорожка была усыпала розовыми лепестками, словно покрыта ковром.
– Дом сорок. Мы на месте.
Они остановились у ворот. По обе их стороны красовались свирепые сторожа – каменные львы.
Тара нажала кнопку вызова и услышала голос матери, звучащий из домофона:
– Привет, родная. Входите!
Ворота с легким жужжанием отъехали в сторону.
– Обалдеть, Альф, – девушка посмотрела на своего спутника. – У него тут типа волшебные ворота.
Вайолет стояла на ступеньках у входа. Ларри обнимал ее за плечи. Вне всяких сомнений, из них получилась очень красивая пара. Казалось, они сошли с обложки модного журнала.
– Как же приятно снова вас видеть, – Вайолет восторженно захлопала в ладоши.
