– Тебе больно? – Испуганно отпускаю его член изо рта и выпрямляюсь. Он такой же прохладный, как и сам Пирс.
– Нет… нет, что ты. Я… мне просто никогда этого не делали. То есть не…
– Не сосали? – Мы оба удивляемся моим словам. И я первый раз вижу, чтобы мужчина смущался.
– Да. Меня воспитывали иначе и… но это… грёбаный рай, – с рычанием заканчивает он, когда мои пальцы обхватывают его толстый член и массируют его вверх-вниз.
– Я выругнулся… прости… я…
С улыбкой опускаю снова свой рот на его взбухшую головку и пробую его вкус. Он странный, похож на прохладные сливки или мороженое без вкуса, но мне нравится. Пирс издаёт стон за стоном, пока я обвожу языком по всей его длине и посасываю член, смачивая слюной. Забираюсь сверху и медленно ввожу в себя его член, задыхаясь от удовольствия. Мы одновременно стонем. Пирс садится и впивается в мои губы, пока я привыкаю к его размерам. Секса у меня не было давно. Очень давно и сейчас я чувствую себя девственницей, очень развратной девственницей.
– Господи, я не знал, что это может быть настолько хорошо, Айви. Ты такая тугая, горячая и влажная. Сейчас я вряд ли могу быть джентльменом, Айви. Прости меня, – я успеваю лишь озадаченно распахнуть глаза, как в следующую секунду оказываюсь на спине.
Пирс закрывает мой рот жадным поцелуем и забрасывает мои ноги себе на талию. Он двигается очень быстро, покрывая поцелуями мою шею и всасывая её в свой рот. Моё тело извивается под ним от мощных толчков. Каждая клеточка тела вопит внутри меня о том, как ей хорошо сейчас. Да не они одни.
Наши губы встречаются в хаотичных поцелуях, пока тела двигаются в унисон. Пирс постоянно бормочет слова благодарности и описывает каждую свою эмоцию, отчего возбуждение в моём теле растёт. Ну кто в здравом уме не кончит от одного: «Ты так нужна мне. Я хочу большего. Я хочу будущего с тобой»? Любая женщина была бы счастлива услышать это, но я, видимо, слишком требовательная или глупая, потому что всё, что я хочу – взорваться на мелкие осколки счастья.
Оргазм настигает меня молниеносно. Он просто нагло подбирается ко мне и ударяет изнутри, вырывая крик из моего горла, и меня обдаёт жаром. Это был мой самый первый настоящий оргазм, и он отличается от других. Он сильнее. Он сдавливает всё внутри. Он требует отдаться ему полностью. Он забирает всё внимание на себя и на то, как бёдра стискивают член внутри себя, желая сломать его и оставить навсегда.
Безвольно падаю на траву, покрытая капельками пота, когда всё стихает. Пирс шумно дышит в мою шею, а у меня язык прилип к нёбу. Пирс тяжелый и такой удобный. Он, действительно, лучшее покрывало, которое было у меня.
– Айви… я должен тебе признаться, что… мне никто не нужен больше. Я готов отказаться от прошлого, только бы… это стало вечностью. Ты не представляешь, что сейчас сделала со мной, моя малышка. Ты выросла и перевернула всё моё сознание. Ты моя женщина, и я понял, почему застрял здесь. Я просто ждал, когда ты будешь готова ко встрече со мной, – с придыханием шепчет Пирс. Он слабо и устало улыбается мне, нежно целуя в губы.
Я не могу ему ответить. Я вся превратилась в желе, даже хуже. Я растеклась, как лужица и двинуться не могу. Но зато Пирс может. Он гладит моё лицо, снова целует меня и стискивает в своих прохладных объятиях. Жар понемногу спадает, и я неожиданно даже для себя проваливаюсь в сон. Он, не спрашивая меня, выключает мой разум, отдавая его во власть приятной темноты.
Хорошо, я должна признаться. Я не сильна в общении с мужчинами, а секс у меня был в жизни раза три или пять, я не особо запомнила. Нет, конечно, я знакома с оргазмами от своих пальцев, потому что это нормально, по словам женского консультанта в моей клинике. Особенно, когда вокруг слишком много напряжения и проблем. Это всё снимается оргазмом. Но чтобы мужчина доводил меня до него, а не старался быстрее засунуть в меня член, даже не проверив готова ли я, такого не было. Наверное, я просто не разбираюсь в мужчинах или в сексе, или в том и другом, но дело явно теперь не во мне. Я нормальная женщина. Я умею получать удовольствие и у меня существуют все нужные точки внутри и каждую из них Пирс проверил.
Открываю глаза и, улыбаясь, потягиваюсь, чувствуя рядом мужское тело. Я ощущаю ласковые поглаживания по моей обнажённой спине и одеяло. Правда, настоящее одеяло. Распахиваю глаза и озадаченно озираюсь в незнакомой спальне с большой белоснежной кроватью, зеркальным столиком и пуфиком в голубых тонах.
– Не пугайся, я отнёс тебя в дом. Ты могла замёрзнуть на улице, пока спала, – объясняет Пирс, целуя меня в обнажённое плечо.
– То есть мы пробрались в чужую супружескую кровать, – хрипло смеюсь я, поворачиваясь к нему.
– Нет, мы вернулись в нашу кровать, Айви. В твою и мою. Мы в том самом месте, где и должны были быть. Мне безумно стыдно, что я взял тебя на траве. Я должен был сделать всё красиво. Свечи, шампанское и…
– Дерьмо, – кривлюсь я. – Ох, но правда, это ведь всё ерунда. Мне понравилось. И трава. И ты. И то, что ты делал со мной. Я счастлива, Пирс. И знаешь, что я поняла?
