— Дверь открыта, — добавил Ричард, не думая о том, что уже сбросил звонок и Самуэль его не услышит.
Вот только мужчина ошибался. Когда вампир заходил в тринадцатый дом, то машинально запер дверь на три оборота, а ключ положил в карман брюк.
— Надо проститься с этим местом… — тяжело вздохнул вампир. — И Самуэль не сможет меня отговорить. Не сможет… Вот ты могла это сделать. Ты могла сказать всего одно слово… Всего одно слово… Киару… одно слово и… будь ты жива, жизнь не ушла бы из этого места. Я бы, возможно, заметил, что дому требуется ремонт… мы бы поехали в небольшое путешествие, а за время нашего отсутствия дом бы обновили… и мы вернулись бы сюда. Но тебя нет не в Англии. Тебя больше не будет в моей жизни.
Покачав головой, мужчина хлопнул ладонью по мягкой обивке, а затем, смахнув на пол пару подушек, закрыл лицо ладонями. На кончиках пальцев он вновь ощутил такое знакомое покалывание.
Глава 29
И в тот самый момент, когда Ричард попытался сосредоточиться на эмоциях и погасить внутренний огонь, его отвлёк стук в дверь. Самуэль не отличался деликатностью и вампиру даже представилось, как дверь сотрясается и рассыпается в труху от четырёх ударов.
— Сейчас открою! — проговорил мужчина, отнимая от лица ладони и заставляя себя подняться на ноги.
Сделав пару шагов к холлу, Ричард, сам того не ожидая от себя, обернулся и посмотрел на диван.
— Ричард? — крикнул Самуэль, не боясь привлекать к себе внимание соседей.
Киару жила в самом обычном районе и соседи, жившие в других домах, были самыми обычными людьми.
— Дай мне минуту! — повысил голос в ответ мужчина.
Ричард вернулся к дивану, провёл ладонью по обивке и покачал головой.
— Как звали того мальчика? — внезапно нахмурился Ричард. — Джеймс? Гарри? Чарльз?.. Как же звали того мальчика…
Стук повторился. В этот раз, на взгляд вампира, бывший друг постучал чрезмерно настойчиво. Внезапная мысль ускользнула и Ричард не смог понять, почему вообще вспомнил о ребёнке, которого однажды привела в дом Киару.
— Сказал же, минуту! — раздражённо произнёс Ремингтон.
Поморщившись, он заставил себя отойти от дивана, развернуться и, спустя несколько минут колебаний, дойти до двери. Вытащив из кармана ключ, мужчина отпер замок и распахнул дверь, впуская Самуэля.
— Заходи… — сделал приглашающий жест вампир. — Мог бы быть более терпеливым…
— Просто дверь была заперта и я подумал…
— Надо же, ты умеешь думать! — не сдержался Ричард.
Он понимал, что несправедлив к Самуэлю, но ничего с собой не мог поделать.
— Извини… — протянул Браун. — Ричард, я правда…
— Забыли, — жёстко произнёс мужчина, покачав головой.
Развернувшись, бывший глава клана «Ночной Огонь» вернулся в гостиную и вновь сел на диван. Самуэль же, идя следом, посмотрел на коробку, а затем, не зная, как лучше поступить, сел в кресло.
— Ричард, мы можем… — неуверенно произнёс Самуэль. — Я бы хотел… или мне стоит…
Ремингтон с трудом заставил себя посмотреть на барристера. Он знал, что Киару была огорчена их ссоре и хотела бы, чтобы бывшие друзья помирились. Вот только как простить того, кто не сказал о важных пропавших документах, Ричард не представлял себе.
— Самуэль, — со вздохом произнёс вампир. — Не стоит. Нет необходимости в этом разговоре. Нет смысла в твоих извинениях. Никакие слова не исправят то, что произошло. Джозефа не вернуть в гроб и не закопать под землю, а Киару уже нет в мире живых. Так зачем это обсуждать? Или ты сможешь вернуться в прошлое и исправить произошедшее? Сможешь признаться в том, что документы, которые я просил уничтожить, ты не только не уничтожил, но и допустил их пропажу? Сможешь? Или может быть, ты думаешь, что достаточно извиниться? Что эти слова что-то исправят? Нет, Самуэль… ничего они не исправят… — с горечью произнёс Ричард.
— Никто не сможет вернуться в прошлое… — тихо произнёс Браун. — Ричард, заверяю тебя… я был бы рад это сделать… Я бы хотел исправить свои ошибки, но…
— Вот именно, — покачал головой Ричард. — Ты не способен. Я не способен… А Киару поплатилась жизнью за наш план… ты жив, я жив, но не Киару…
Самуэль посмотрел на коробку. Он готов был смотреть куда угодно, лишь бы не на Ричарда, перед которым чувствовал вину.
— Это… это моя вина… — с тяжёлым сердцем произнёс Браун.
Ричард, посмотрев на бывшего друга, покачал головой.
— Не только твоя. Мы расслабились. Не думали о том, что в клане есть предатель… предатели… Мы расслабились и не думали о том, что Джозеф может вернуться… мы расслабились и… не были готовы к тому, что однажды Джозефа поднимут из гроба и наша жизнь… построенная на лжи… рухнет…
— Я… Ричард, я просто пытаюсь сказать… объясниться… Мы же так и не поговорили… точнее… после ссоры. Тогда ты много чего высказал… Думал, ударишь меня… но ты… лишь говорил… а потом… потом… Я просто пытаюсь…
