Марк побежал вдоль коридора, выкрикивая что-то на незнакомом языке, а Артур медленно побрёл в противоположный номер, чтобы забрать девочку, но её там уже не было. Он чувствовал, как силы покидают его. Руки начали бледнеть, голова стала холодной. Ему потребовалось несколько попыток, чтобы вытащить телефон и позвонить в больницу.
Танто Артур вытащил из спины худощавого, тот успел выползти на лестницу, и на этом его силы закончились. Сейчас «заяц» лежал без движения, но проверять его пульс Артур не стал. Найти вакидзаси оказалось сложнее: шкафчики с личными вещами находились в вестибюле, тогда как ножны валялись в противоположном углу помещения.
Собрав своё обмундирование, Артур вышел из здания, сел на бордюр и стал ждать прибытия кареты «Скорой помощи». Он сомневался, что успеет её застать, поскольку чувствовал, что готов провалиться в беспамятство.
Через несколько минут он услышал шум позади и увидел невероятное: из «Гоа» выходило несколько десятков человек, как пингвины, впервые увидевшие море.
– Ты в порядке? – спросил Марк, приближаясь к Артуру. Жизнерадостное выражение на его лице медленно сменялось озабоченностью. – Тебя всё-таки задели? А мне показалось, пули прошли мимо.
– Переживу, – мрачно ответил Артур. – «Скорая» уже в пути.
Поразмыслив пару секунд, Марк снял с себя рубашку и принялся перетягивать поясницу Артура. Сильная боль стреляла в животе при каждом движении. Не это он представлял себе, когда собирался бороться с преступностью. Боль персонажей на страницах комиксов не передавала ощущения от настоящего ранения.
– С тобой всё будет в порядке, – заверил Марк. – Ты выглядишь очень крепким, несмотря на худобу.
– Спасибо… Надеюсь, это того стоило…
– Можешь даже не сомневаться. Мы испаримся, и ни Ренан Феррас, ни его шестёрки никогда нас не найдут. По крайней мере, меня уж точно.
– Мне позвонила Хайли, – произнесла пожилая женщина в толпе. – Она сказала, что этот парень очень славный и что мы все можем переночевать у него… в посёлке.
На несколько секунд повисло молчание, Артур прервал его первым.
– Да, я живу в посёлке. Таких, как я, ещё называют тхари, – ответил Артур. Трудно было сосредоточиться на чём-то, кроме собственного ранения. – Кто захочет пожить у меня пару дней, милости прошу. А кто не захочет, могу перевести деньги для побега из города.
Окружающие смотрели на Артура с подозрением. Хоть он и освободил людей, никто из них не доверял тхари и уж тем более тому, кто несколько минут назад зарезал двух человек холодным оружием.
– Пожалуй, я смог бы остановиться у тебя, – медленно произнёс Марк. – Куда Ренан точно не полезет, так это в посёлок. К тому же что-то мне подсказывает, что мне нельзя сейчас пользоваться своим айди, а билет на поезд без него не купить.
– Пешком далеко не уйдёшь, – подтвердила пожилая женщина. – Нам лучше остановиться у этого молодого человека, пока не решим, куда отправиться.
– Я вызову вам такси, – сказал Артур и потянулся за телефоном.
Через приложение он заказал автобус до посёлка. К моменту, когда прибыла «Скорая», он лежал на асфальте и смотрел в небо. Над ним проплывала Луна, пересечённая крест-накрест чёрными человеческими постройками. Артур внезапно захотел уехать на пару дней и отдохнуть.
Чем дольше Дарвин находился в секте почитателей Бога-машины, тем больше убеждался, что здесь творится что-то тёмное. Бартону становилось хуже с каждым днём, хотя в любой больнице его ранение вылечили бы за один день. Глядя на его состояние, Изабелла всё больше злилась. Нельзя было больше ждать.
В субботнее утро, через две недели после их прибытия в секту, она подошла к Дарвину и спросила:
– Подсмотрел код от двери?
– Подсмотрел, – ответил Дарвин. Он был удивлён тем, как много времени понадобилось Изабелле, чтобы понять, что пора бежать. – Сорок четыре тридцать три. Но набирать нужно медленно, ждать не меньше секунды после каждого нажатия. Я видел, как Фара делает это.
– Хорошо, – ответила Изабелла. – Сегодня я вывезу отсюда Бартона и наверху вызову «Скорую». Надеюсь, в больнице его вылечат, не устанавливая личность, иначе Джуан сразу же найдёт нас.
– Я пойду с тобой?
– Конечно, я думала, это само собой разумеется!
Изабелла усмехнулась, коротко и с болью. Впервые за долгое время Дарвин увидел у нее короткую улыбку.
– Мы же обещали отвезти тебя к матери, помнишь?
– Давай возьмём с собой остальных, – предложил Дарвин.
– Кого? – удивилась Изабелла.
– Фару, Анода и Катода, Электролита. Они хорошие ребята, им здесь не нравится.
– А они готовы уйти?
Ответа на этот вопрос у Дарвина не было. Он видел, как страдает здесь Электролит, как боятся Кремния Анод и Катод, но никто из них ни разу не проявил желания сбежать. Всем здесь было плохо, но каждый из них считал, что так и должно быть. Фара и вовсе была самой зомбированной из ребят, и Дарвину было жалко её больше всех. Она была хорошей девочкой, отзывчивой и дружелюбной, но иногда проявляла такой ярый фанатизм, с которым невозможно было бороться.
– Я не знаю, – честно ответил Дарвин.
