В голову ударила целая цистерна всех возможных гормонов, Генри начал цепляться руками за край бортика, а ногой упирался в стенку, но неумолимая сила тянула его вниз. Кажется, он кричал от страха, но даже не замечал этого. Сначала валы зажевали металлическую щиколотку, затем голень и колено, когда они начали подбираться к живой плоти его культи, роторы остановились.
Когда Генри посмотрел по сторонам, то увидел заходящуюся от смеха девушку.
– Видели бы вы его рожу, боже, это гениально! – говорила она, утирая слёзы.
– Вы что, не будете меня убивать? – спросил Генри удивлённо, его голос дрогнул.
– Будем, конечно, просто не так быстро. Надо же растянуть удовольствие от процесса.
Тощий тем временем стал бледнее, чем их главный, с дыркой в черепе: он еле стоял на ногах, словно это его собирались пропустить через шредер.
– Где тут у нас реверс?
Девушка наклонилась и снова начала осматривать кнопки на приборной панели. Там она что-то щёлкнула, после чего нажала на зелёную кнопку, и валы закрутились в обратную сторону, толкая Генри вверх вместе со сплющенным протезом.
– Послушайте, амигос, я говорю правду, моё настоящее имя – Генри Перес…
Не успел он подняться до самого конца, как шредер снова перешёл в режим перемалывания и протез начал сминаться по второму разу. Похоже, окружающим доставляло удовольствие слушать крики Генри, пока его тянет вниз к зубчатым валам. Он был не из тех людей, кто старается сохранить лицо в любой ситуации: эмоции всегда били у него через край.
Этот трюк подчинённые Санкара проделывали несколько раз: сначала нажимали кнопку тяги, чтобы Генри затянуло поглубже в дробилку, после чего ставили обратный ход и начинали всё заново. Сначала они превратили в искорёженный обрубок его протез ноги, затем схватили за здоровую ногу, перевернули и сделали то же самое с протезом руки.
– Всё, хватит с ним играть, – приказал главный, он больше не прижимал тряпку к голове, а повязал как платок вокруг неё. – Пропустите его целиком.
– Прости, красавчик, но пора, настало время тебе узнать, есть ли жизнь после смерти, – с притворной жалостью произнесла девушка.
Краем глаза Генри увидел, как на дальнем конце завода слегка приоткрылась дверь. Вошедшего он не увидел из-за огромного станка, стоявшего в центре цеха.
«Наконец-то полиция!» – подумал он.
– В таких случаях я всегда называю своё имя человеку, которого убиваю, – продолжила девушка. – Хочу, чтобы боги знали, кто послал им раба во служение. Моё имя – Ниша Чаухан, когда встретишь четырёхрукого Йаму, скажи, что ты от меня…
– Не двигаться! – раздался голос со стороны, и Генри облегчённо выдохнул.
Однако, повернувшись на звук, он увидел не полицейского, а обыкновенного парня с пистолетом в руках, причём европейца. Он стоял за углом металлической цистерны с надписью «песок». Руки у парня были твёрдыми, было видно, что он умеет обращаться с оружием.
Все застыли на месте, даже Генри. Однако, бросив быстрый взгляд слева направо, он понял, что один из бандитов куда-то делся: солдафона в камуфляжных штанах в данный момент не было рядом.
– Вылазь оттуда, – приказал парень, но Генри не пошевелился. Несмотря на оружие в руке его спасителя, он пока не понимал, кто является хозяином ситуации.
– Никуда он не пойдёт, – ответила девушка и положила руку на зелёную кнопку шредера. – Наш клиент задолжал двести тысяч зелёных плюс утерянную репутацию. Так что, если у тебя нет полмиллиона на счету, он останется здесь.
– Ты хочешь со мной поспорить, сучка? Ты стоишь в двадцати шагах от меня, я нашпигую тебя свинцом быстрее, чем ты успеешь чихнуть.
– В таком случае ответь, умник, что же ты будешь делать, если я прямо в этот момент нажму на зелёную кнопку и твоего приятеля начнёт перемалывать заживо?
Пока парень раздумывал, что на это ответить, Генри заметил, как солдафон подкрадывается к нему сзади. Для человека весом под девяносто килограммов тот двигался необычайно тихо.
– Берегись! – крикнул он, но в этот момент парень упал на пол, придавленный весом индийца. Генри не так давно успел почувствовать эту силу на своей шкуре.
Во время короткой борцовской стычки пистолет выстрелил, и шальная пуля угодила в стену, увязнув в старой штукатурке. У парня были протезы вместо ног, и он оказался намного слабее комплекцией, чем индиец, поэтому проиграл за несколько секунд. Солдафон отобрал у него оружие, отвесил несколько ударов по рёбрам, после чего поднял и повёл к остальным.
– Я удивлён, что кто-то пришёл спасать такое ничтожество, как Рикардо, – произнёс главный, он был настолько бледен и слаб, что ничему не удивлялся. – Кто ты такой, мать твою?
– Я – Лукас, – произнёс парень, явно шокированный своим скорым поражением. Он даже не подозревал, что его схватят так легко. Генри стало его жалко, хотя сам он стоял обеими ногами в дробилке.
– Плевать мне, как тебя зовут. Назови хоть одну причину, чтобы мы не закинули тебя в дробилку вслед за этим придурком.
