Лилия собралась было сделать шаг в сторону дома, но телохранитель вновь её остановил. Он сначала отправился к фургону службы химчистки, переписал номер в блокнот, заглянул в салон, задержавшись на несколько секунд, затем направился ко входной двери и позвонил в звонок. Тот не работал, поэтому Зак сделал несколько мощных ударов кулаком в дверь.
Вскоре дверь начала медленно открываться, и в проёме показалась фигура худого старика с длинными белыми волосами и жидкой бородой. Он осмотрел Зака, перевёл взгляд на Лилию, затем открыл дверь шире и поманил всех за собой.
Внутри было грязно и пыльно, а из-за отсутствия света почти ничего не было видно. Обстановку Лилия рассматривала в полумраке. Если бы не старик, она подумала бы, что дом давно заброшен: внутренние двери сломаны, кресла порваны, диван покосился на двух ножках, а пустой холодильник стоял отключённым от розетки и с дверью нараспашку.
Сам старик выглядел под стать: грязный, потрёпанный, от него смердело годами отсутствия мыла. Чёрные спортивные штаны потеряли форму и провисали на коленях, болоньевая куртка с капюшоном больше не застёгивалась на молнию: держалась лишь на четырёх кнопках. Его глаза бегали от гостей к окну, он без перерыва тёр друг о друга ладони и выглядел как сурок, ожидающий нападения хищника.
Если в этом человеке и теплился разум, то находился над самой пропастью и готов был сорваться в любой момент.
– Месье Одран, – произнесла Лилия имя, которое ей отправил Глеб. – Вы – Шанталь Одран?
– Тс! – шёпотом перебил её старик и отправился к окну. – За вами никто не следил?
– Нет, – ответила Лилия, сбитая с толку.
– Вы в этом уверены?
– Да. За нами никто не сворачивал на эту улицу.
– Хорошо… это хорошо…
Старик подошёл к дивану и начал взбивать подушки. При каждом хлопке с них сыпалась многолетняя пыль. При этом Лилия заметила, что старик странно передвигается, словно шагает по минному полю. Лилия сделала шаг в его сторону, и тут же половица под ней скрипнула. Это означало, что хозяин дома запомнил на полу все места, которые не издают звуков, и шагает точно по ним.
– От кого вы скрываетесь? – спросила Мэри.
– От спецслужб. Мне пришлось перестать пользоваться телефоном, чтобы они меня не вычислили, я больше не плачу за свет, чтобы никто не подумал, что я здесь до сих пор живу. На улицу я выхожу только по ночам через тайный проход, который я выкопал в семьдесят восьмом. Присаживайтесь, пожалуйста.
Взглянув на пыльный диван, Лилия коротко покачала головой:
– Мы постоим, спасибо.
– Кушать хотите? Я иногда выбираюсь в лес, чтобы поохотиться, у меня всегда самое свежее и натуральное мясо, не та химия, которую нам продают корпорации. Никаких добавок, только натуральные волокна.
– А храните вы его где? – спросила Лилия, глянув на отключенный холодильник.
– Что-то в яме со льдом, что-то в испарительном холодильнике. Я привык пользоваться устройствами, которым не нужно электричество.
– Месье Одран, – снова начала Лилия, когда старик её перебил:
– Пожалуйста, говорите тише. И называйте меня Пафу. Каждый телефон в мире подключён к нейросети. Стоит произнести моё имя, как тут же на пороге появятся представители спецслужб. Поэтому обращайтесь ко мне только Пафу, и никак иначе.
– Хорошо, Пафу, – произнесла Лилия. – Вы знаете, кто мы?
– Разумеется, вы «ЛК», приёмная дочь «ЭК». Я собираю о вас информацию с самого вашего удочерения и всё о вас знаю. Бедная, бедная девочка.
– Что, простите?
– Я знаю ваше прошлое и по-настоящему вам сочувствую: лишиться матери в младенчестве, а затем и отца. Ужасная, ужасная судьба для девочки четырёх лет.
– Спасибо, но… биологических родителей я плохо знала, поэтому давно смирилась с их потерей.
– Я знал, что вы придёте, но не думал, что так скоро. Ваш сыщик предупредил меня о вашем… как это слово англэ… посещении. Попросил меня показать вам всё то, что я показал ему.
«Уж не собирается ли этот старик раздеваться?» – промелькнуло в голове у Лилии.
– Идите за мной, – позвал он и направился в сторону спальни.
В этом месте окна были заколочены, поэтому темнота стояла абсолютная, однако старик каким-то образом ориентировался, а Лилии пришлось достать телефон и освещать себе дорогу включённым экраном.
– Как-то здесь жутко, – произнесла Мэри позади. – Сейчас мы спустимся в подвал, а у него там законсервированные человеческие эмбрионы в банках.
– В этом доме безопасно, – произнёс Зак, и Лилия удивилась, с чего вдруг телохранителю знать об этом. Он знал о старике и этом доме не больше, чем они.
Пафу привёл их к камину, который не зажигался много лет, и аккуратно отодвинул в сторону железный контейнер с углями, освободив проход вниз. Он нащупал ступеньку лестницы и скрылся под полом. Зак, помедлив, последовал за ним.
Если бы не наводка Глеба, Лилия в эту же секунду развернулась бы и направилась обратно в аэропорт. Тайная комната у старика, за которым охотятся секретные спецслужбы, явно намекала, что сейчас им расскажут пару занимательных теорий заговора и как бесплатный бонус – теорию плоской Земли.
