— Маловероятно, что этот Нэйл Штейнаберт все еще проживает по указанному адресу или что он до сих пор жив, — громко произнесла она задумчивым голосом. — С чего бы руководители «Олимпа» стали убивать Антона и не убили Нэйла, которого тоже разыскивали?
— Может быть, он им интереснее живым, чем мертвым… А потом, все равно это единственный оставшийся у нас след.
Грейс тяжело уронила руку на руль. Сидевшая рядом Наис молчала.
— О чем ты думаешь?
— Спрашиваю себя, до каких высот добралась организация вроде «Олимпа»… и где предел ее власти, — ответила Наис, поглаживая угол глаза, словно пытаясь стереть морщинку.
Грейс трижды мигнула фарами машине, не желавшей уступить дорогу.
— Ты хочешь сказать, что они не только делают бизнес с правительствами, но и входят в них?
Наис хотела ответить, но тут зазвонил ее телефон. Она посмотрела на экран, и Грейс заметила, что ее напарница нервно моргнула, прежде чем переадресовать вызов на электронную почту.
— Я не уверена, что у них есть свои люди, внедренные в правительства, — ответила она. — Сегодня власть находится не там. В наши дни она в руках транснациональных корпораций. Однако государства могут быть их сообщниками, ради выгоды или под принуждением. Вспомни, как среагировал ваш министр обороны: он явно был напуган. «Олимп» держит их в руках. Не знаю как, но, несомненно, держит, что дает этой организации практически неограниченную власть.
— Думаешь, у нас нет никаких шансов их прижать?
— ДИА — серьезная организация, располагающая солидными ресурсами. Однако я даже не ожидала, что «Гадес» — лишь одно из щупалец этого монстра. Или одна из голов гидры, раз уж они так любят греческую мифологию.
В своей жизни Грейс сомневалась во многих людях, включая членов своей семьи и друзей. Но до этого момента она никогда не испытывала недоверия к властям. Как и каждый гражданин, она догадывалась, что находящиеся у власти люди вступают в мелкие, не совсем чистые сделки, но она не разделяла теорию заговора и не верила в крупномасштабные манипуляции и махинации. Возможно, потому, что, будучи инспектором полиции и сама являясь частью государственного аппарата, она не сталкивалась с масштабными проявлениями коррупции или нечестности. Ей требовалось время, чтобы осознать и принять вырисовывавшуюся перед ее глазами темную реальность. Пока что она предпочла сосредоточиться на другом моменте, заинтриговавшем ее.
— У меня из головы не выходит термин «даймон», которым, похоже, обозначают Антона и Нэйла. Действительно ли это греческий язык?
Наис быстро постучала по экрану телефона, словно играя на пианино, и удивленно подняла изящно подбритую бровь.
— Ты права. Греческое «даймон» действительно дало «демон» в английском, но во времена античной Греции это слово не имело негативного смысла. Оно обозначало нечто вроде божественного духа, этакого дара свыше, поселяющегося в некоторых человеческих существах и дающего им выдающиеся интеллектуальные или творческие способности. Мужчина или женщина, в которых вселялся даймон, становились выше простых смертных. Раньше говорили, что эти даймоны были героями золотого века, которых Зевс превратил в духов, чтобы они помогли смертным «вырасти».
Грейс слушала объяснение с таким же удовольствием, с каким узнавала нечто новое при чтении книги. И еще: уже много лет это новое ей не сообщал голос другого человека. Она даже разволновалась, заново переживая опыт совместного познания. Обмена знаниями.
— Значит, эти даймоны были в каком-то смысле ангелами знания, — прошептала она.
— Красиво сказано.
— Но главное, это слово являлось обозначением гения, нет?
Наис просмотрела неколько строчек и посмотрела на Грейс; на этот раз в ее взгляде, вне всякого сомнения, было видно уважение.
— Позднее, — прочитала она вслух, чтобы подтвердить правоту напарницы, — римляне переделают термин «даймон» в «гений» (
Грейс подтвердила согласие гримасой, от которой ее губы показались полнее.
— Думаю, можно, не рискуя ошибиться, сделать вывод, что Антон и Нэйл были гениями в своей области и что оба они работали на «Олимп». Но в какой области? По неизвестной нам причине они однажды вышли из-под власти своего хозяина, который с тех пор прилагал все возможные усилия, чтобы найти их, и предпочел убить одного из них, уничтожив то, что делало его гением, то есть его мозг, из страха, что тот подвергнется анализу или просто попадет в чужие руки.
Наис убрала упавшую на глаза прядь светлых волос и повернулась к Грейс:
— Что ты знаешь об исследованиях, проводившихся Антоном Сьюйаком?
— Я собиралась задать тебе тот же вопрос…
— Послушай, я буду с тобой откровенна. На данный момент нам известно только то, что это астрофизические наблюдения, изучающие особенные точки Вселенной. Но непонятно, каким местам соответствуют эти координаты.
