Нужно было закончить с делом Хэддел: написать о беседе с родителями и другими официантками. Так что до конца смены было чем заняться. Вернувшись к компьютеру, Бэллард открыла новый файл и собиралась приступить к описанию разговора с Нельсоном Хэдделом, когда завибрировал телефон. Звонил лейтенант Манро.
— Лейтенант?
— Бэллард, ты где?
— В сыскном. Пишу рапорты. Кстати, недавно слышала смех у вас в кабинете.
— Ага, мы тут славно веселимся. В общем, есть одно дело. Нужно взять показания.
— У кого? Я пока не закончила. А еще рапорт по Рамоне Рамон, к нему я даже не притронулась.
— Только что явился один парень. Говорит, был в клубе, когда началась стрельба. И у него есть фотографии.
— Точно? Там же нельзя фотографировать.
— Он тайком сделал пару селфи.
— Снимки толковые?
— Темные, но что-то на них есть. Похоже на вспышку от выстрела. Надеюсь, в лаборатории смогут увеличить четкость. Возьми парня и выясни, что у него имеется и что ему известно. Он сидит в приемной. Хватай его за жабры, пока ему не надоело ждать.
— Уже иду. Слушайте, лейтенант, смена заканчивается через час. Как насчет «зеленки»? Я даже не начинала второй рапорт, а теперь еще и этот свидетель…
Бэллард имела в виду зеленую карточку для выплаты сверхурочных, на которой должен расписаться начальник смены.
— Получишь один час, и не больше, — сказал Манро. — Я же не могу выгрести всю кассу за одну ночь. За это время допросишь парня и закончишь рапорт по стрельбе. Нападение отложи на потом, если жертва еще дрыгается. Если уже нет, отложить не получится.
— Ей сделали операцию. Больше ничего не знаю.
— Короче, займись этим парнем. Сними груз с плеч моих.
— Так точно.
Бэллард закончила разговор. Хорошо, что в конце смены не придется передавать дело Рамоны Рамон в отдел преступлений против личности. Это будет поважнее денег за переработку. Путь в приемную лежал мимо стола, за которым сидел Дженкинс. Тот по-прежнему набирал текст двумя пальцами. Бэллард рассказала ему про свидетеля и добавила, что им выделили час сверхурочных.
— Нет уж, спасибо, — сказал Дженкинс, — мне нужно домой.
Свидетелем оказался некий Зандр Спейтс, тощий двадцатитрехлетний клаббер в серых тренировочных брюках и темно-синей толстовке с капюшоном. Бэллард отвела его в детективное бюро и проводила в крошечную комнату для допросов. Спейтс уселся, не вынимая рук из карманов толстовки.
— Зандр… Это ваше настоящее имя? — начала Бэллард.
— Уменьшительное от Александр, — ответил Спейтс. — Мне так больше нравится.
— Ладно. Где вы работаете, Зандр?
— То тут, то там. В данный момент продаю обувь.
— Где?
— На Мелроуз, в бутике «Слик кикс».
Бэллард не делала пометок. На входе в комнату она повернула регулятор термостата, тем самым включив оборудование для аудио- и видеозаписи.
— Значит, сегодня ночью, когда началась стрельба, вы были в «Дансерз»? — спросила она.
— Верно, — кивнул Спейтс, — был.
— Сами по себе?
— Нет, с приятелем. Его зовут Метро.
— Как его настоящее имя?
— Честно говоря, не знаю. Метро, и все.
— Где вы с ним познакомились?
— Он работает в «Кикс». Там и познакомились.
— Когда вы пришли в клуб?
— Вчера, чуть раньше полуночи.
— Стрелявшего видели?
— Нет, все случилось у меня за спиной. Через две кабинки от того места, где я сидел. Но когда началась стрельба, я делал селфи и снял первый выстрел, прикиньте? С ума сойти!
— Покажите.
Спейтс вынул айфон из кармана толстовки и открыл галерею.
— Там три штуки в разделе «Живые фото», — сказал он. — Пролистайте.
Положив телефон на стол, Спейтс подтолкнул его к Бэллард. Она взглянула на фото на экране. На переднем плане, в центре, был сам Спейтс, а за его правым плечом — темные очертания других кабинок с людьми. Рассмотреть лица было невозможно. Оставалось надеяться, что специалисты видеотерминала лаборатории сумеют улучшить картинку.
— Вы листайте, — напомнил Спейтс. — Там есть снимок с выстрелом.
Второе фото походило на первое, но третье оказалось гораздо интереснее. Камера запечатлела вспышку в кабинке за плечом у Спейтса. На фото и впрямь было самое начало стрельбы, вспышка выстрела. У камеры имелась функция «Живые фото», — следовательно, в телефоне была запись целой секунды, предшествующей кадру. Бэллард просмотрела ее несколько раз: убийца поднимал руку, а затем нажимал на спусковой крючок.
Увеличив фото, Бэллард сдвинула его так, чтобы вспышка оказалась в центре экрана. Изображение получилось смазанное, но видно было, что стрелок сидит спиной к камере. Бэллард различила нечеткие контуры его затылка и правого плеча. Правая рука была поднята, а пистолет направлен на человека, который через мгновение завалится налево, свесившись в проход между кабинками. Лицо жертвы было размыто: должно быть, увидев пистолет, мужчина отпрянул.
— Говорю вам, картинку смогут улучшить, — сказал Спейтс. — Мне, наверно, полагается вознаграждение?
Бэллард взглянула на него поверх телефона. Теперь ясно, зачем он явился в участок.
— Вознаграждение? — переспросила она.
— Ну да, за помощь в раскрытии дела, — сказал Спейтс.
— Мне ничего не известно ни о каком вознаграждении.
