– Где? – спросила другая.
И стоило ей произнести это, как стёкла вылетели и пламя вырвалось наружу.
Соседи замерли.
А огонь показался уже на крыше, вырываясь на свободу из заточения, с шумом обвалились балки на крыльце.
– Господи… – перекрестилась мать Духа.
– Как же они… они внутри?
– Кто его знает…
Антон и Вацлав бежали через поле, нагоняя соседей. Увидев пожар, они прибавили ходу.
– Вы! Что вы сделали, нелюди! Да как вы…?!
– Не шуми Вацлав. Мы ещё и не подошли даже, а оно, вон чего делается!
Антон рванул к горящему дому.
– Джейн! Джейн! – вопил он. Соседи схватили его за руки.
– Да успокойся ты, может там и нет никого!
– Теперь уже поздно, в любом случае!
Крыша обвалилась с грохотом и дом теперь напоминал огромный костёр. Горел он прекрасно. Свежесть ночного воздуха пропахла гарью. Искры летели в небо совсем как в ту ночь, когда волк впервые увидел рыжую ведьму. Именно об этом он думал в тот момент. Он вспомнил ночь полнолуния и Джейн, играющую на тамтаме. Нагую, прекрасную. Из глаз волка потекли слёзы, и чтобы скрыть это он шмыгнул носом и потёр глаза.
– Расходитесь. – сказал отец Алекса, – До утра ничего здесь не изменится.
– А как же… это? – его жена указала библией на огонь, – Нужно полицию вызвать и пожарных…
– Никого мы вызывать не будем! – отрезал её муж. – Они жили как ублюдки и умирать будут также. А место это проклятое советую вам обходить стороной! Ничего хорошего здесь не было ещё и при Марье.
– Я бы попросил…! – начал было Вацлав.
– А ты помолчи. – заткнул его Янек – Ваша семейка с колдуном зналась, а теперь с этим покончено. Пойди-ка лучше, исповедуйся!
Они постояли ещё немного, глядя на пламя. Оно завораживало. От него веяло опасностью. Смертью. Свежий ночной воздух пропах едкой гарью.
Антон не мог поверить своим глазам. Не хотел верить.
– Давно я такого не дьелал.
Герман потягивал чай, рядом в пепельнице дымилась сигарета. Антикварные ходики на стене мерно тикали, отсчитывая время.
Близнецы сидели на кухне. Джейн, поджав ноги, расположилась в углу. На столе рядом с ней стояла пустая бутылка вина, которое она допивала из бокала на высокой ножке. Герман подпирал подбородок рукой. Сейчас в их доме было на редкость тихо и спокойно, как уже не было давно. В такие моменты Джейн казалось, что они одни на целом свете и это чувство ей нравилось. Она любила шумные вечеринки и вообще быть среди людей, но под защитой своего брата она ощущала особенное единение с самой собой.
Тьери взял сигарету, затянулся, и выпустив дым подумал:
«Вот бы так было всегда» – подумал он.
Книги дожидались его на полках, на письменном столе, на кресле, на полу и даже в ванной. Сестра была рядом и не плакала. Убийства не продолжились, а значит можно отдохнуть какое-то время и продумать, как и где начать новую жизнь. Нужно было переехать в другой город или даже страну. Снова открыть лавку и начать всё с начала, как они делали уже ни раз и не десять.
– Сколько мне ещё сидеть дома? – прервала молчание Джейн.
– Ещё ньемного. – Тьери и в голову не приходило что она может здесь по чему-то скучать, – Пусть всё поульяжется и тогда гуляй. Только чтобы тебья не видьели местные, коньечно.
Ведьма вздохнула и опрокинула бокал с остатками вина себе в рот.
– Я спать. – сообощила она, – Я уже выпила слишком много.
– Хорошо. – Герман говорил так, как будто всё ещё занят своими мыслями, хотя за долгие годы, что они жили вместе, Джейн знала, что это не так.
Ведьма встала из-за стола и обняла брата за плечи. Он сощурился как довольный кот.
– Всьё будет хорошо, вот увидьишь.
Ведьма грустно улыбнулась и поцеловала его в кудрявую макушку. Макушка пахла мылом и полынью.
Глубокой ночью Тьери тоже собрался улечься в постель с книгой, как вдруг услышал, что в дверь постучали. Он сдвинул брови, и спустился вниз по лестнице. Никто не мог видеть их дом кроме им подобных, значит ночной гость не был человеком.
Колдун отварил дверь. В комнату ворвался порыв холодного ветра. На пороге стояла молодая ведьма. Она откинула капюшон куртки. Изо рта её шёл пар. Нос покраснел. Её короткие волосы со временем стали ещё белее, а огромные глаза ничуть не изменились.
– Добра тебе, мастер Тьери. – поздоровалась ведьма «детским» голосом.
– Аврора! – проговорил Герман, не веря сам себе.
В тот момент на него обрушились все те чувства, что он скрывал от самого себя все долгие сорок лет разлуки. Все страдания и сны, все сожаления и слёзы, которые он прятал ото всех, боясь показаться смешным и слабым.
Замёрзшая девушка убрала со лба пряди волос и протянула колдуну обе руки. Тьери поцеловал их и тут же притянул гостью к себе. Он обнял её со всей нежностью, на которую был способен. Ей стало немного больно – его нежность всегда казалась Авроре грубоватой. Колдун не дал ей сказать ничего, зацеловывая ей лицо. В этот миг мир больше не существовал для него.
– Как ты оказалась здьесь, милая, как ты менья нашла…?
– Долго искать не пришлось. – сладко сказала Аврора.
Герман расстегнул молнию на её пуховике.
– Проходи скорее. Ты голодная?
