— Ты мне когда-то штуку одну сказала. Что рано или поздно его нужно будет отпустить… Что самое страшное — это потерять себя. Я поняла, что ты имела в виду. И это понимание многое изменило. А после того, как ты чуть не погибла, спасая его… Не знаю, почему он не среагировал на такое явное знамение! Он единственный. У всех был шок. А Глебу хоть бы что!.. Я рассталась с ним в тот же день. Знаешь, я ведь его так любила… не верится даже… Помнишь нашу с тобой драку? Ах да, ты же не помнишь! Вот и славно… Он меня все равно не любил. Я знала. И вот тогда, после всего, что случилось, я поняла, как мне надоело лгать себе, строить воздушные замки, пока реальная жизнь проходит мимо. Я рада, что успела расстаться с ним.
— Успела?
— Да… До того, как…
— Что?
— До того, как он разбился, Лера.
Лера схватилась, пытаясь подняться.
— Но как же так?!! Как разбился?!!
— Через две недели после тех злополучных гонок… На трассе… влетел в жигуль на полной скорости. Сама знаешь, как это бывает. Водитель сморит в зеркало, перестраивается, и внезапно… Две секунды решают все. Водителя только откинуло в сторону, помяло слегка… а он….
— Но… Господи… — У Валерии дрожали губы. — Я думала… Я надеялась…
— Спасти его? Лера, ты же понимаешь, это был вопрос времени. Твоя история с предупреждением всех сразила, но только не его. Судьба Глеба была предрешена, ты тогда только отстрочила неизбежное… — Света покачала головой. — До сих пор вспоминать трудно… Он был всем для меня, принцем…
Валерия с интересом смотрела на нее. Она слишком хорошо понимала, что могло бы произойти.
Нет, предыдущая жизнь Валерии Черноус не приснилась ей…
— Мне пришлось переломить себя, — продолжала Света. — Воли могло бы не хватить, но я должна была, должна была с ним расстаться. Ты тогда окончательно меня отрезвила, я этого никогда не забуду. — Света взяла Валерию за руку. — И потом, когда он погиб, ты поддерживала меня. Как всегда и во всем. — Она улыбнулась, глаза стали влажными. — Как бы я без тебя? Хоть бери и за руль больше не пускай!
Валерии трудно было привыкнуть к новым ощущения, к новой информации. Какой-то немыслимой шуткой казалось слышать такие признания от Барановской, позволять ей себя обнимать. Но она понимала, что все так и есть. Так и есть. Света ее лучшая подруга.
Невероятно!
— А, — вдруг опомнилась она, — как же Фома?
В груди резко вспыхнула тревога. Ведь неспроста же она назвала сына, своего младшего сына, Фомой. Только бы Света не сказала о парне того, что и о Глебе… Это… Это было бы слишком!
Света задумалась и пожала плечами.
— Не знаю… — стала она вспоминать. — Вот кого впечатлила вся та история, так это его. Тот урок, что должен был усвоить Глеб, видимо, принял Фома. Он очень изменился, это все, что я могу сказать. Я больше не видела его в привычных компаниях, он отстранился от всех. Я думаю, он страдал не только из-за смерти Глеба, но еще из-за тебя. Ты его не помнила… Вот как сейчас тебе память отшибло. А тогда ты не помнила того, что вспомнила сейчас. И Фому не помнила. Или делала вид, что не помнишь. Может он так и думал, а я не допытывалась никогда, не мое это дело, если бы ты захотела, все бы мне рассказала… Да, сразу после окончания школы он уехал… Не слышала больше о нем ничего… Хотя нет, погоди! Он пару лет назад прислал нам на офис посылку. Точно! — Света озаренно улыбнулась. — Ни с того, ни с сего, через двадцать лет, взял и прислал тебе на офис посылку.
— Мне? Посылку? — удивилась Валерия.
— Не помнишь?
Валерия напрягла лоб и как будто что-то вспыхнуло у нее в сознании. Как если бы в темной комнате кто-то чиркнул спичкой. Сначала спичка потухла. Но вот снова полетела искра. И вдруг…
Лера вскочила, совершенно забыв, что у нее болит и кружится голова. Света подхватила ее и помогла подняться.
— А тебе можно вставать? — на всякий случай спросила она, слишком хорошо понимая, что Леру это вряд ли остановит.
Держась за голову, Валерия метнулась к шкафу, за которым скрывалась гардеробная. Поиграла выключателями — и отовсюду полился свет. Сбоку, при входе стояла небольшая стремянка. Лера схватила ее, устремляясь к верхним полкам, вспоминая приблизительное местонахождение того, что ей было нужно.
— Ты что-то вспомнила? — Света не отставала от нее, придерживая и стремянку, и саму Леру, пока та карабкалась наверх. — Может, давай я?
Но Валерия уже стояла наверху, быстро перебирая какие-то коробки. Одну из них она вытрусила прямо там, на полке. Громко вскрикнула.
— Что? — Света шагнула на стремянку.
Лера уже спускалась, не глядя себе под ноги, держа в руках пластинку и улыбаясь какой-то странной, пьяной улыбкой.
— Ты это видишь? — с детским восторгом вопрошала она, разворачивая обложку пластинки.
— Да, это она. Вы кажется поспорили на нее, что ли… Лера, прости, я не помню подробностей, — покачала головой Света, помогая ей спуститься.
— Зато я помню! Ты знаешь, что это? Это знаменитый альбом «Whitesnake». Он не забыл! Не забыл!
Она аккуратно достала пластинку вместе с вкладышем, там, небрежным почерком, черным маркером была приписка:
