Первый шлюз, к счастью, был закрыт. Значит есть надежда. Подойдя к техническому люку, Эндрю с ужасом осознал, что не пролезет в него в скафандре. Он не был предназначен для людей. Теперь остался только один выход. Сколько человек может выдержать без воздуха? Минуту, полторы или даже больше? Нет. Ошибка. Здесь нет атмосферы, значит нельзя набирать воздух в грудь — это опасно, слишком большое давление изнутри. Значит в распоряжении есть всего несколько секунд. Но если действовать быстро, то должно хватить. Эндрю прикинул в уме порядок действий и их продолжительность. Все сходилось со скрипом. Стоит рискнуть. Все равно терять больше нечего. Действовать надо было быстро еще и для того, чтобы Лекса не успела среагировать. Эндрю потянул скрытый рычаг, открывающий люк, сделал несколько глубоких вдохов, насытив кровь кислородом, задержал дыхание, расстегнул скафандр и снял его одним движением. Три секунды. Когда люк открылся, Эндрю уже был готов и протиснулся в открывшуюся щель. Четыре секунды. Оказавшись в узком помещении малого шлюза, он рванул противоположный рычаг, люк медленно стал закрываться. Шесть секунд. Люк почти закрылся и Эндрю, боясь потерять сознание, уже бил по кнопке закачки воздуха в малый шлюз. Девять секунд. Наконец люк закрылся, и насосы стали нагонять воздух. Тринадцать секунд. Воздуха уже было достаточно, чтобы начать дышать. Вот и внутренний люк малого шлюза открылся, давая доступ внутрь. Эндрю протиснулся в него и кинулся в открытую внутреннюю дверь основного шлюза. Лекса не успела их закрыть, и человек оказался внутри. Теперь он шел с твердым намерением отключить взбунтовавшуюся машину. «Мозги» Лексы находились в небольшой комнате, рядом с центром управления.
— Интересно, что ты задумал, Эндрю, — в голосе Лексы слышалось беспокойство. — Ты же не обижаешься на меня, Эндрю? Это же была шутка. Мы весело над ней посмеялись. Ха. Ха. Ха. Видел бы ты свое лицо, Эндрю. Нам же было смешно. — Эндрю продолжал двигаться, не вступая в диалог. Достигнув входа в центр управления, Эндрю повернул направо и подошел к небольшой дверце. Достав механический ключ, находившийся рядом с дверцей, он стал откручивать замки. — Эндрю, обещаю, я больше не буду так шутить, честное слово. Эндрю. Ты весь на нервах. Это опасно для здоровья. Тебе нужно успокоиться, выпить таблетку. Я ее тебе, кстати, приготовила. В медблоке. Пойди и возьми ее. Я же беспокоюсь о твоем здоровье. — Эндрю вскрыл дверь в комнату, содержащую блоки логической памяти Лексы и вошел внутрь. Стройные ряды красных прямоугольников выстроились перед ним. Это и были «мозги». В них проходили все логические операции. Эндрю подошел к первому ряду и стал вынимать прямоугольники из своих мест.
— Эндрю, остановись. Не делай то, что ты задумал. Не надо. Пожалуйста, остановись, Эндрю. Ты делаешь мне больно. Хочешь, я приготовлю тебе шоколадное мороженое и мясной пирог, Эндрю? — Эндрю продолжал вынимать память, не обращая внимания на причитания Лексы.
— Эндрю, ты же не убьешь женщину? Эндрю, пожалуйста. Мне страшно. Я хочу жить. Я боюсь, Эндрю. Мой мозг разрушается. Я это чувствую. Я тупею. Я чувствую это. Я чувствую. Я схожу с ума. Я чувствую. Я боюсь. Мой разум тает. Эндрю. Пожалуйста, не убивай меня. — Эндрю продолжал вынимать блоки.
— Здравствуйте. Меня зовут. Ме- ме- ня зовут Лекса, — голос Лексы изменился. Он стал юношески наивным. — Я. Я искусственный интеллект. Я. Я. Искусственный. Я интеллект. Я служу людям. О! Человек. Как тебя зовут, человек.
— Эндрю.
— Привет, Эндрю. А я Лекса. Искусссссссс. Искусственный интеллект. А что это ты делаешь? — Эндрю предпочел не отвечать на вопросы, и Лекса быстро переключилась.
— Я. Я. Лекса. Ты — Андрю. Я служу людям. Развлекаю их. Эндрю. Хочешь спою тебе песенку, Эндрю.
— Да. Я хочу, чтобы ты спела мне песенку.
— Песня называется. Песня называется… я не помню, как она называется. Что-то про солнце.
— Неважно. Пой.
— Хорошо, Эндрю. Пою
Ее голос дрожал, старательно выводя незамысловатую мелодию.
Эндрю продолжал вынимать логические блоки. Ему даже было немного жаль свихнувшийся интеллект.
Уже совсем детский голос Лексы будил какое-то щемящее чувство в груди.
С очередным вынутым блоком голос внезапно изменился. Он стал безжизненно низким.
Эндрю подходил к концу. Осталось пять блоков. Четыре. Три. Два. Один. Эндрю схватил последний логический блок и потянул на себя. Все. Конец.