В коридоре кроме входной были еще три двери. Знать бы, куда какая ведет. Андрей открыл наугад ближайшую. Стройные ряды разнокалиберных колес, составленные в аккуратные колонны, предстали перед его взором. За ними такими же ровными рядами стояли другие запчасти, предназначение которых ему было неизвестно — какие-то цилиндры, хитро переплетенные между собой шестеренки различных размеров и форм, металлические коробки со сложной топологией и торчащими из них проводами, резиновые бруски и прочее. Это было похоже на склад. Из него должен был быть выход непосредственно в гараж, Но Андрей боялся, что в поисках прохода в гараж в потемках он может задеть или споткнуться о какую-нибудь деталь и сыграть роль сигнализации. Поэтому он закрыл дверь и направился к следующей. Такие же стройные ряды канистр, двадцати-, тридцати- и пятидесятилитровых бутылей, заполненных разноцветными жидкостями, стопки толстых листов из неизвестного материала, мешки с чем-то сыпучим. Еще один неосвещенный склад. Еще одна потенциальная посудная лавка с Андреем в роли крупного ушастого млекопитающего. Осталась последняя дверь. За ней оказалась подающая надежды лестница. Вниз идти пока не было смысла — лучше подняться наверх и осмотреть гараж с высоты. Они поднялись на несколько пролетов вверх и оказались в похожем коридоре, за тем лишь исключением, что стены были не сплошными — в них были вставлены окна, сквозь которые были видны офисные помещения. Столы были завалены грудами бумаг. Местами горели не выключенные настольные лампы. — Совсем не экономят электричество, — подумал Андрей. — Или кто-то еще работает и отошел от своего рабочего места? Нет, все сразу не могли отойти, но все равно нужно быть осторожным. — Они шли, вглядываясь в окна офисов. С противоположной стороны тоже находились окна — они выходили в гараж. Выбрав самый не освещенный офис, Андрей с Яковом пересекли его и выглянули в окно. Офисы располагались под самой крышей гаража, и отсюда он лежал как на ладони. Рядом с окном находилась дверь, ведущая на открытый балкон, тянущийся вдоль всех офисных помещений, и заканчивающийся лестницей, ведущей в гараж. По балкону не спеша расхаживал высокий человек в форме охранителей — еще один охранник. Он был в хорошем расположении духа и насвистывал популярную мелодию. Эта мелодия звучала из каждого утюга, Андрей постоянно сталкивался с ней — по дороге на работу, с работы, на работе из проезжающих мимо машин, вечером у громких соседей, поэтому ему захотелось тут же убить этого охранника. — А что. Это будет убийство в состоянии аффекта. — Не успел он об этом подумать, как Яков на удивление ловко выбрался на балкон, подкрался к охраннику и оглушил его чем-то продолговатым. Охранник рухнул на пол как мешок картошки.
— Тебе тоже не нравится эта мелодия? — Спросил Андрей у Якова, а сам подумал. — В моем бегстве из города есть один несомненный плюс — я больше не услышу эту мелодию.
— Какая мелодия?
— Которую он насвистывал… Неважно. У тебя есть дубинка?
— Ты про это? — Яков достал свое оружие. Это оказался металлический цилиндр, на торцах которого были видны линзы. — Это мой походный микроскоп. Никогда не знаешь, когда он пригодится, — подмигнул он. Андрей внезапно понял, что Яков, обычно очень неуклюжий, за последний час не сделал ни одного неловкого движения. Как порой сосредоточенность разительно меняет людей.
Андрей снова достал моток веревки и, запеленав охранника, как Шелоб запеленала Фродо из древних легенд, оттащил его в темный офис. Хорошо, что они сначала наведались наверх, а не попали сразу в гараж — охранник сразу бы их засек со своего высокого наблюдательного пункта и поднял бы тревогу. Когда Андрей снова вышел на балкон, Яков, рассматривавший машины внизу, повернулся навстречу с плохими новостями: — Я не увидел ничего, напоминающего вездеход. Может у меня что-то со зрением, но можешь сам посмотреть и убедиться. Андрей подошел к периллам и взглянул на слабоосвещенное пространство внизу. Большая часть стоявших там машин относилась к грузовому классу. Было несколько цистерновозов для перевозки жидких грузов, с большими колесами и хорошей проходимостью, но слишком медленные, чтобы попробовать оторваться от преследователей, которые, без сомнения, появятся, как только откроются ворота. Сверкала свежей красной краской пожарная машина — быстрая, но слишком тяжелая для песчаных поверхностей, в избытке появляющихся в пустошах. С десяток обычных бортовых грузовиков не представляли интереса из-за низких и скорости, и проходимости. Пара легковых машин, вообще не имевших шансов за пределами дорог. Джип, имевший бы хорошие шансы, если бы не был наполовину разобран. У него отсутствовали передние колеса и половина содержимого капота. Больше никаких самодвижущихся повозок в гараже не было. — Только зря веревку потратил, — с досадой подумал Андрей. Надежда, уже несколько раз погасавшая сегодня, в очередной раз потускнела.