– Тоже верно. – Великий магистр встал, давая понять, что аудиенция закончена. – Оставляю это дело на вас, брат Гуго. Пробуйте, может что и выйдет… Да, только не привлекайте к этому лишних людей.
Фон Райхенбах молча склонился в поклоне.
Герхард вздрогнул, когда барон вошел в келью, и быстро попытался вытереть концом плаща мокрые от слез глаза.
– Кажется, вы славный юноша, – улыбнулся тевтонец. – И искренне хотите помочь Ордену.
– Да, хочу! Очень хочу, поверьте!
– Верю, верю, сын мой! – Фон Райхенбах присел на край ложа. – Ты… уже пытался вернуться обратно? – мягко поинтересовался он.
– Пытался… – со вздохом признался Герхард. – Несколько раз читал заклинание… Не работает.
– А может быть, нужно соблюсти все условия… Например – место.
– Вы думаете? – В глазах юноши искорками вспыхнула надежда.
– Во всяком случае, попытаемся…
Они вернулись под Танненберг, вернее, под Зеевальде, выбрали место в лесу, рядом со старой мельницей…
– Читайте! – Брат Гуго протянул заклинание.
– Ва мелиск… – запинаясь, начал Герхард.
– Постойте, – повелительным мановением руки тевтонец остановил его. – Тогда… Там… Была полночь? Или – до полуночи… Или – после?
Подросток задумался:
– Скорее после. Часа в два…
– Тогда немного подождем… А перстень? Перстень был у вас на руке?
– Нет. На шее, как и сейчас.
– О чем вы тогда думали, Герхард?
– Ну… даже не знаю… О том, как бы выполнить пари, продержаться до утра… и посрамить этого задаваку Гамбса!
– Думайте о том же, – посоветовал рыцарь. – Хотя, я понимаю, это сложно… Ну хотя бы вспомните ту ситуацию, что была тогда, представьте лицо вот этого самого Гамбса.
Видно было, что Гуго фон Райхенбах и сам захвачен невиданным доселе экспериментом. Разорвать время! И не просто так – а для величия Ордена, для изменения его злой судьбы.
За лесом, в Зеевельде, истошно залаяли псы – видать, почуяли волка.
– Можете читать! – кивнул крестоносец. – По-моему – самое время.
– Ва мелиск… – Герхард представил лес, лагерь, нахальную физиономию Гамбса… – Ха ти…
И он стоял, готовый к бою.
Вдруг видит: подскакало трое
Нарядных рыцарей в броне…
…джихари.
Ну вот, прочел – и что? Все те же деревья, кусты, ночь. Вот – где-то совсем рядом – завыл волк. За ним – еще один.
– Герр барон, – обернувшись, тихонько позвал Герхард.
Никто не отзывался! Лишь только камень перстня светился во тьме. Светился! А в небе… Герхард прислушался. В небе гудели самолеты! Тяжелые бомбардировщики, звук их моторов не спутаешь ни с чем!
– Эгей! – вскочив на ноги, что есть силы закричал юноша. – Эгей!
Кто-то включил фонарик, и острый луч света выхватил идущих во тьме парней. Первым, ухмыляясь, шагал Гамбс:
– Ну что, Майер? И пяти минут не высидел?
– Как – пяти минут? – Герхард от радости не мог говорить. – Да я тут уже бог знает сколько сижу!
– Бог знает сколько? – Гамбс и его прихлебатели засмеялись. – На, смотри время!
Светящаяся стрелка наручных часов Гамбса показывала два часа тридцать две минуты.
– Видал? Две минуты и просидел. Ну, будешь еще соревноваться?
Герхард ничего не отвечал, лишь глупо улыбался, никак не реагируя на все подначки Гамбса.
– Да ну тебя, Майер, – наконец махнул рукой тот. – В общем, пари ты проиграл, признаешь?
– Признаю, признаю!
– За это будешь мне должен… ммм… потом придумаю что.
– Согласен!
– Ой, Майер, что-то ты больно радостный! Признайся, небось и впрямь страшно стало?
– Да так…
Вслед за звеном Гамбса счастливый до невозможности Герхард направился в лагерь, на полпути встретив своих – Эриха, Вилли, Артура. Те дожидались у костровой поляны.
– Что, братец, не высидел? – осуждающе промолвил Эрих. – Эх, ты! Нечего было тогда и выпендриваться.
– Эрих… Ребята… – Герхард ничего не говорил, лишь улыбался.
А на следующий день рассказал все брату. Тот, конечно, покрутил пальцем у виска, и уязвленный Герхард потащил его на старое кладбище. Взяв братца за руку, быстро прочел заклинание…
И очутился – той самой ночью! В то самое время!
– Здравствуете, фон Райхенбах.
– Недолго же ты пропадал, – повыше поднимая факел, ухмыльнулся тевтонец. – И соскучиться не успели. Это кто с тобой?
– Брат.
– Святая Мария! – присмотревшись, с удивлением воскликнул рыцарь. – Ну надо же, как похожи. Вас как зовут, о, достойнейший юноша?
– Эрих… Что-то я не совсем понимаю…
– Прошу вас, герр Эрих, быть гостем в нашем скромном замке.
Вот после посещения Мариенбурга Эрих тоже наконец поверил! Даже заволновался, попенял брату – мол, оставили мать в одиночестве.
– Ничего и не оставили, – улыбнулся Герхард. – Мы ведь в любой момент можем вернуться обратно.
И, вернувшись на следующий день к старой мельнице, наглядно продемонстрировал брату возможности заклинания и кольца.
– Ва мелиск ха ти джихари…
Оп!
И они вдвоем пронзили время, вернувшись туда, откуда пришли. Словно ничего такого и не было!
Эрих засомневался: