Число пациентов в "Горном Пристанище" колебалось, но в основном в санатории было спокойно. Однако однажды начались волнения, когда Килмистер объявил о том, что запасы стимуляторов подходят к концу. Елена, весьма сблизившаяся в местными горожанами, предложила выдать им дополнительные запасы стимуляторов, и Руфус дал свое разрешение на это. Теперь на складах стимуляторов практически не осталось. Руфус приказал Туркам собрать работников фармацевтической отрасли, знавших технологию производства стимуляторов. Он подумывал о том, чтобы предоставить им для работы исследовательские комплексы "Шинра", а, если будет необходимо, связаться с Ривом, но Килмистер принялся возражать. Он настаивал на том, что изначально необходимо обеспечить стимуляторами "Горное Пристанище". Тсенга и остальных весьма раздражали приказы этого человека, зависимого от стимуляторов, но Руфус почему‑то терпел его. Для производства стимуляторов требовались хвосты медведей Нибеля, а узнав, что из одного хвоста можно получить более одного стимулятора, если извлекаемые химические вещества будут достаточно высокой концентрации, Елена вызвалась отправиться добывать оные.
"Эй, Руд", – обратился к товарищу Рено, весьма встревоженный, – "почему шеф терпит этого Килмистера?"
"Он ждет результатов его изысканий. Я так думаю".
"Каких изысканий? Если он собирается тратить деньги на то, чтобы лишь притуплять боль, это и я могу делать", – хмыкнул Рено.
"Я предоставил ему свои клетки для исследования как один из незараженных. Он вскоре должен что‑то выяснить".
"Я хотел бы сам провести расследование. Нас окружают столько зараженных людей, но мы почему‑то не заболеваем. Странно, как думаешь?"
"Шеф сказал, это не заразно", – отвечал Руд, несильно пнув Рено в живот, ибо на лице того все еще читались сомнения. – "Почему бы нам немного не размяться, партнер? Давненько мы не тренировались".
"Зачем?"
"Чтобы закалить наши тело и дух. Если будет сильно и то, и другое, мы не подхватим эту заразу".
"Прекрати говорить, как старый козел", – произнес Рено, приняв боевую стойку, и они начали поединок.
***
"Маленькие дьяволы" – так более пожилые пациенты в "Горном Пристанище" называли Руфуса и его подчиненных. Кто‑то даже заявил, что не понимают, как они могут столь доверять друг другу.
Даже сам Президент и Турки не понимали, как могут оставаться столь сплоченными и как могут в сложившихся обстоятельствах все еще представлять свою организацию. Многие считали, что они ведут себя как дети, выдавая желаемое – существование корпорации – за действительное. Как маленькие дети, которые знают, что дома их не ждет ничего хорошего, посему возвращаться туда они не спешат и реализуют в играх свои сокровенные фантазии.
***
Однажды, через два года после того судьбоносного дня, Руфус заглянул в комнату к Килмистеру.
"Итак, доктор? Быть может, пришло время открыть мне результаты своих исследований? Мне очень интересно узнать о связи между моей болезнью и Иеновой".
"Хорошо. Во‑первых, даже по прошествии двух лет я не приблизился к обнаружению исцеления от этой болезни", – шутливым тоном заявил Килмистер, не уточняя, что он сумел повысить стимулятора. Руфус слушал его с непроницаемым выражением на лице. "Но теперь я уверен в источнике болезни".
Килмистер рассказал Руфусу, что его первый пациент подвергся воздействию Живого Ручью. Осмотрев его, он сразу понял, что человек заражен.
"У пациентов я обнаружил и иной симптом. Когда состояние их ухудшалось, они падали духом и готовились к смерти… Ты ведь и сам знаешь это, господин Президент?"
"После того рокового дня многие пришли к выводу, что для них нет будущего и смерть близка. Тогда‑то число зараженных и резко выросло. Кроме того…"
Килмистер рассказал о черной воде. Руфус вспомнил потоп в пещере и воду, которая, казалось, обладала собственным разумом.
"…Из многих людей сочилась черная вода. Думаю, они или нахлебались ее, или искупались в ней, даже не сознавая этого. Ведь это просто вода, в конце‑то концов. Она повсюду".
"И что же ты думаешь обо всем этом?" – поинтересовался Руфус.
"Боль и высокие температуры у людей указывают на то, что организмы их борются с чужеродным веществом. Если рассматривать эту болезнь относительно остальных, известных, то ее человеческий организм превозмочь не в силах. Это вещество принадлежит сущности весьма могущественной. Ничего нельзя сделать, чтобы облегчить страдания несчастных".
"Ты обнаружил источник этой болезни?"
"Гены Сефирота, можно даже сказать, что гены Иеновы… Точнее, останки генов. Как я тебе раньше говорил, они обладают схожими характеристиками с генами СОЛДАТ".
Руфус вновь вспомнил о черной воде и внутренне содрогнулся, когда прозвучало имя Сефирота.
"Господин Президент, я бы хотел взглянуть на Иенову. Где она?" – поинтересовался Килмистер, не выказывая ни малейшего сочувствия к состоянию Руфуса.
"Увы, ни малейшего представления".
"Прикажи своим подчиненным выяснить это".
"Я подумаю".
"Думаю, ты примешь решение как можно скорее".
