Я стянула с себя мокрую рубашку, сделала на голове пучок и пошла умываться. В комнате тихонько тренькал телефон, внизу просыпались и лили воду соседи. Еще эта тема диплома, которую нужно выбрать, я поморщилась и залезла под душ. Неужели Макс и вправду ее уже выбрал, интересно, какую? Кстати, Максим действительно перевелся к нам с исторического, говорят, еще на первом курсе. Я никогда не спрашивала его о причинах такого поступка. Историк-сказочник, Ирина Викторовна всегда была остра на язык и очень язвительна в своих замечаниях, однако ее выпускники всегда были лучшими, а попасть к ней, как к руководителю диплома, было нелегко. Она выбирала студентов сама, два-три человека, сколько ей позволяла нагрузка и, говорят, очень помогала с работой. Я тяжело вздохнула, «классические образы», все мои исследовательские работы связаны с этой темой, стоит серьезно подумать над дипломом.
Я отыскала листочек и радостно запрыгала на месте! Потеряться в центре Сухуми с пакетом еды – не самая радужная перспектива окончания моего отпуска, которое тоже было под большим вопросом, так как билеты домой были куплены только у Димки. В общем-то, до сегодняшнего утра, домой я сильно и не стремилась. На минуту я задумалась, а где он вообще – мой дом? Еще два дня назад я была уверена, что в Москве в шикарной квартире, полгода назад в Подмосковье в маленькой старой комнатке, а сегодня? В залитом солнечным светом Сухуми – ни больше, ни меньше. Я подхватила пакет и пошла вниз по улице, припоминая нашу очередную встречу с Димкой.
С тяжелым сердцем я подошла к кабинету методиста, прижав к груди выстраданную курсовую работу, которую в пух и прах разнесла бы Ирина Викторовна, да и Макс презрительно усмехнулся, что мол, тебе Семенова, не глядя поставят. Дверь неожиданно широко распахнулась:
– Всего доброго, Ксения, – поклонился человек в кабинет, шагнул вперед и остановился, – Настя?
Я щелкнула было пальцами, соображая кто передо мной, как из кабинета меня окликнули:
– Семенова, быстрее, мне ехать пора!
Я зашла и со вздохом положила на стол папку.
– Выстрадала? – заулыбалась методист Ксюша.
– О да, – кивнула я, – не поставит она мне.
– Настя, тебе не глядя поставит, это же проходная работа, прекрати, – махнула рукой Ксюша, убирая мою папку, куда следует, – таких как ты, на моей памяти, было у нас полсотни, и всем ставили просто так.
– А меня глава кафедры не любит, – потупилась я.
– Настя, – укоризненно поглядела на меня методист, – тебе надо, чтобы она тебя любила или чтобы защититься хорошо дала?
– Ксюш, мне и то, и другое!
– Подавай ей все, – засмеялась Ксюша, – Настя, еще есть ко мне вопросы?
– Неа, – развернулась я к выходу, медленно вытекла из кабинета и прислонилась к стене.
– Плывешь? – ехидно встретили меня.
– Опять ты? – передо мной снова стоял много– или малознакомый парень и широко улыбался.
– Дима, ты забыла?
– Если ты будешь появляться еще чаще, я тебя запомню! – ответила я.
– Будет очень, очень кстати, – улыбнулся Дима и подошел ко мне поближе, – что сдавала?
– Курсовую, плохую курсовую, – стало стыдно мне.
– Так бывает, – взял меня под руку Дима, и мы пошли под удивленные взгляды знакомых студентов, – валяешь дурака полмесяца, а потом за два дня пишешь в надежде, что прокатит. И прокатывает у некоторых.
– Вот и мне так говорят, – кивнула я, вызволяя свою руку, – пойду.
– Куда? К другу в бар?
Я сделала глубокий вдох, и, не найдя ответа, пошла в другую сторону.
– Настя, не обижайся ты, – дергал меня за рукав Дима, словно маленький ребенок маму, мне стало неловко.
– Я не обижаюсь, – повернулась я к нему, – ты сначала появляешься, потом исчезаешь, а потом хочешь, чтобы я помнила, как тебя зовут.
– А ты так сразу и забыла, как меня зовут, – сложил он руки на груди и усмехнулся.
– Тоже верно.
– Забирай свое пальто, сегодня я тебя дождусь и никуда не уйду, – великодушно сказал Дима и пошел на первый этаж.
Я пожала плечами и пошла следом. Пока я одевалась, краем глаза увидела Ксению, весело болтающую с Димой в дверях, она похлопала его по плечу и улыбнулась, поглядев на меня. Я пялила на голову шапку и мысленно пыталась встряхнуться, вот чего ради я сейчас одеваюсь и иду? Нужно ли мне это? Дима галантно открыл передо мной дверь и снова взял меня под руку, его макушка была наравне с моим плечом, интересно, уютно ли ему идти именно так?
– Откуда ты знаешь Ксюшу? – спросила я.
Дима задумался, мы медленно вышли из ворот и повернули направо, в сторону метро, светило тусклое полупрозрачное солнце, нам навстречу шли студенты, – немудрено, ведь первая пара закончилась несколько минут назад. Удачно я приехала, успела сдать работу, пока методист была на месте. Я заулыбалась и мысленно сказала: «Ай да я».
– Знакомая, – задумчиво ответил Дима, – долго объяснять, я в другой раз расскажу. Не подумай, у нас ничего не было, – поднял он кверху руки.
– Еще бы у вас было, – поперхнулась я, – она вон какая красивая, высокая. Дим, а тебе удобно вот так идти? Что ты едва дотягиваешь до моего плеча.
