Пролетев мимо секретаря, я без стука ворвалась в кабинет ректора.
— Артон, что-то случилось с Эммой. Ой! — в кабинете, кроме ректора, были ещё и Дарел с Дарси, и незнакомый мне мужчина.
— Адептка Громова! Я как раз хотел вызывать вас обратно, — делов-то заговорил ректор. — Это министр Штайн. Он прибыл в Академию, чтобы сообщить прескорбную новость…
— Она мертва… — перебила я Артона, уже зная, что он мне скажет.
— Да, Оливия, Эмма мертва. — обняла меня Дарси. — Её убили тени…
— Я знаю, — и как бы мне не хотелось заплакать, я не смогла выдавить из себя ни одной слезинки.
— Знаете? Откуда мисс Громова? — подал голос министр. Он был худощав, с длинным тонким носом, губами-ниточками, и колючим глазами-бусинками, и на меня производил отталкивающее действие.
— Мне приснился сон, как тётю Эмму убивают тени.
— Адептке Громовой иногда снятся вещие сны, — пояснил ректор министру. А потом обратился к Дарси. — Думаю, госпожа Скай, вам нужно отвести адепту в целительское крыло и выдать ей успокаивающую настойку.
Дарси кивнула, и молча вывела меня из кабинета.
Два следующих дня я не выходила из комнаты. Мне было плохо. За неделю я потеряла двух родных для меня людей. И хоть Дарел жив, он больше не со мной. А Эмма! Я плохо знала тётю, мы редко с ней виделись, но каждый раз я ощущала её тепло и заботу. В этом мире, она была единственной ниточкой, связывающей меня с семьёй. Теперь эта ниточка оборвалась. И от этого мне было ещё горше.
В первый учебный день, на боёвке Фарин меня вывела и я приложила её феирболом шестого уровня. Сама не поняла как так получилось. То ли напряжение сказалось, то ли злость победила. В общем, я оказалась в кабинете ректора.
— Ну вот, что мне с тобой делать Громова?
Я лишь опустила голову, поступив взгляд.
— Оливия! Я всё понимаю. И твою боль, и злость, и растерянность. Но ты должна взять себя в руки, и вспомнить чему я тебя учил. Контроль, и только контроль. Ты должна всегда контролировать свою силу. Блоки не справятся, если ты не будешь себя сдерживать.
— Я поняла вас господин ректор.
— К демона лысым, ты меня поняла! Я кажется знаю, как помочь тебе спустить пар. Идём…. — Артон поднялся из-за стола и открыл портал.
— Куда? — всполошилась я.
— Туда где можно не сдерживать себя.
Мы вышли из портала на поляне, в лесу.
— Здесь постоянно происходят выбросы энергии. Никто не догадается, что кто-то здесь рассеивал свою силу. Давно нужно было тебя сюда привести.
— И, что мне делать?
— То, что тебе больше всего хочется. Злись! Я вернусь через час и заберу тебя.
Артон ушёл, а я не знала, что мне делать.
Обошла поляну. Поразглядывала близ стоящие деревья. Потом заприметив валун, плюхнулась на него попой.
— И, что мне делать? — крикнула в пустоту. — Ну конечно! Кто же мне ответит? Я здесь одна. То-же мне Артон, друг! Тебе надо выпустить пар, — перекривила я ректора. — А как мне его выпускать? Свалил и ничего не объяснил. Делай то, что больше всего хочется, — снова покривлялась. — Был бы здесь этот гад чешуйчатый, я бы сделала! Я бы такое сделала! Мокрого бы места от него не осталось.
Даже не поняла в какой момент с моих рук начали срываться огненные феирболы, с земли повылазили огромные корни и словно плети лупили по валунам. Ветряные воронки, словно маленькие смерчи, поднимали пыль и камни на поляне.
— Да какой ты дракон. Ты Змей-искуситель. Поматросил и бросил. А я не игрушка, которую можно выкинуть. Ненавижу!
Всё больше распалялась я.
— Как же я тебя ненавижу Дарел Ан Грон! И никогда не прощу! Никогда! Ты слышишь? Никогда тебя не прощу.
ДАРЕЛ
Артон сказал, что отправил Оливию в место выброса энергии. На нашу поляну. Мы там часто избавляемся от лишней силы. Но оставить её там одну? Как он мог додуматься до такого.
Я переместился в свою комнату и достал из шкафа шкатулку с кристаллами. Нашёл нужный мне камень, и установил его на столе. Активировал.
Оливия бушевала. Стихии огня, земли, и ветра в полную силу властвовали на поляне. Хм, ветер? Когда у Лив появился ветер?
Мысль оборвалась, когда до разума дошли крики девушки.
— Был бы здесь этот гад чешуйчатый, я бы сделала! Я бы такое сделала! Мокрого бы места от него не оставила!
Это она обо мне?
— Да какой ты дракон? Ты Змей-искуситель. Поматросил и бросил. А я не игрушка которую можно выкинуть. Ненавижу!
Слезы ручьём стекали по щекам Оливии.
— Как же я тебя ненавижу Дарел Ан Грон! И никогда не прощу! Никогда! Ты слышишь? Никогда тебя не прощу!
Только сейчас я понял какую боль ей причинил. И то, что она действительно никогда меня не простит. Никогда! Я потерял её навсегда.
И понял это не только я. Дракон был в ярости от потери пары, и если раньше я ещё мог его контролировать, то теперь… Казалось, что он разрывает меня изнутри. Пытается подчинить, паработить…
Еле добрался до ящика в столе кабинета, достал зелье, припасенное на такой случай, и залпом выпил. Упал на пол.
Через несколько бесконечно долгих минут, ощущение ламающихся костей прекратилось. Я смог вдохнуть полной грудью. Дракон уснул.
ОЛИВИЯ
