Юджин онемел, как завороженный наблюдая за плавными движениями его рук. Вверх вниз, вправо влево, вверх…
…Солнечный день живо предстал перед глазами. Изумрудные волны лениво приподнимались, качая лодку, а ветер трепал широкие, не по размеру рукава.
— Юджин, — пробасил отец, — крепче вяжи. Вот так, видишь? Когда парус расправим, он должен намертво стоять.
Южин блаженно улыбнулся, щурясь от солнца и просоленного морем ветра.
— Давай уже поплывем, пап! Я должен поймать самую большую рыбу!
Отец засмеялся, покачав головой, и сероватая парусина с хлопком расправилась, вмиг наполнившись ветром.
— Ну-ну… Разве ж должен?
Лицо отца, едва поросшее грубой темной щетиной, вдруг словно воск потекло, преобразуясь в новое. Но такое знакомое.
— Ты лучше скажи, чего хочет твое сердце, Юджин? — спросил уже и не отец вовсе. — Уж оно-то точно не обманет.
— Господин Ридд… — прошептал Юджин уже наяву, сморгнув.
— Бросай, Джером! — непривычно резко завопил Мартин. Елейности в голосе как не бывало, а видение исчезло.
Лицо Юджина вмиг атаковали мелкие холодные крупицы. Он заорал, когда они впились в кожу. В местах уколов сразу потекли волны слабости.
— Сияют…Он маг! Так и есть, он боевой маг, — взволнованно зачастил Джером. — Вызывай подмогу, Мартин! Нельзя дать ему уйти!
Сорвав с лица перемолотые в пыль камни магической инициации, уже набухшие от крови и сияющие как утренняя звезда, Юджин бросился на пол. Перекатился, ловко ухватив холодное лезвие с витой ручкой.
Какое-никакое, а все же оружие.
— Это ты зря, парень, — покачал головой Мартин, неотрывно следя за ножом для писем у Юджина в руках. — Тебе все равно конец.
Юджин нахмурился, тяжело дыша. Внутри вновь забилась волна. Как ни странно, на сей раз она не душила. Скорее, придавала решимости и сил.
— Я вернусь, — негромко сказал самому себе он и, покрепче стиснув нож, едва уловимо шагнул к дознавателю.
— Зря, — повторил тот, вооружившись клинком и кивнув напарнику.
Юджин словно в пелене какого-нибудь заклятия замеждения видел, как взметнулась ввысь горсть все тех же камешков инициации, призванных определить и ослабить любого боевого мага. Чувствовал, как приближается Мартин с клинком наперевес, а в мозгу билось лишь одно: «Долг или совесть? Долг или…»
Удар. Росчерк, оставленный металлом, сродни молнии сверкнул, ослепляя, а сердце, на секунду вставшее в груди, наконец сделало выбор.
Глава 1. Разлуке конец
Солнце уже садилось за горизонт. Отблески плясали и кривились, едва попадали в струю жара, исходящую от раскаленного песка. Однако волнение, несмотря на пекло, холодной цепью сковало тело, а сама я все кружила по комнате зверем, мечась из угла в угол. Секунда покоя мне была сейчас так же недоступна, как капля росы в пустынях Ворта.
— Этого не может быть, этого не может… — за дверью послышался взволнованный голос.
Через мгновение на пороге моих покоев в западном, как сам Ассаро говорил, гостевом крыле дворца столицы пустынных земель возникла девушка. Темноволосая, стройная. Не на шутку взволнованная и совершенно не похожая на местных, покрытых бронзовым загаром.
— Прошу прощения, но вам здесь быть не полагается, — настойчиво твердил мой верный страж.
Однако прикасаться к девушке и выпроваживать ее вон силой не смел. Все же иноземная гостья. За такое, думается, его по рогатой голове начальство точно не поглядит.
— Лиза?! — взвизгнула тем временем девушка, для пущей важности оттолкнув рогатого, словно обозначая всю крутизну намерения прорваться, и, неловко подобрав ворох пышных юбок, бросилась ко мне. — Лиззи! Лиззи!
— Эдана…
Я сморщилась от крепости объятий. Кажется, даже хруст собственных костей услышала.
Эда с явным усилием воли отстранилась, но, продолжая забавно топтаться на месте, то прижималась, вновь приподнимая меня над полом, то отстранялась, опуская. Я счастливо рассмеялась, глядя из-за женского плечика на озадаченное лицо стража.
— Все в порядке, сиур Акитар, — крякнула я, махнув рукой. — Ой, Эдана! Ты ж меня раздавишь!
Эда вновь не сдержала эмоций. Извиняясь она отстранилась, сверкая от восторга темными глазами, но отпускать меня не спешила, то и дело стискивая мои плечи. Словно все никак не могла поверить, что и впрямь я, из плоти и крови, стою перед ней. И лишь тактильный контакт вновь подтверждал сей невероятный факт.
Воин, еще немного сурово пострелял глазами напоследок, мол: «Если понадобится, я все еще рядом», и вышел, а я уставилась на Эдану чуть виновато. Будто на человека, к которому нагрянул в гости среди ночи без предварительного звонка.
— Да как это вообще возможно? — качая головой, прошептала охрипшая от визга Эда и с новой силой бросилась меня обнимать. — Лиззи, как ты, рогатые тебя побери, умудрилась добраться до Иппора?
Я громко захохотала, а дверь вновь приоткрылась. Господин Акитар с тревогой заглянул, а затем снова исчез. Он знал, кем является Эдана, и знал, откуда родом я. И очевидно в его рогатой голове напрочь отказывалась укладываться мысль, что человечка и «темная» так неподдельно могут быть друг другу рады.
