Бри привыкла жить одна, ни от кого не зависеть и не чувствовать себя обязанной кому-то. Как скоро она поймет, что ее жизнь отныне кардинально изменилась?
– Эти ребята нуждаются в вас, – просто сказал Мэтт.
Бри нахмурилась, как будто ей и в голову не приходило, что заботиться о них значило беречь и себя тоже:
– Я знаю, но этот человек не нападал на меня. Он убегал.
Да не в этом дело!
Мэтт постарался перефразировать свои мысли понятным ей языком:
– Пообещайте, что в следующий раз вы подождете подкрепление, хорошо?
– Хорошо, – заверила Бри Мэтта кивком, но он все равно остался при своем убеждении: Бри еще не прочувствовала свою новую роль в жизни детей. Ее брат Адам в опекуны не годился. Слишком рассеянный. Слишком сосредоточенный на своем собственном мире. Дети для него всегда будут второстепенны и – пусть и не по его злому умыслу – но продолжат страдать.
А вот Бри другая! Дети станут для нее смыслом жизни!
Мэтт стянул с ее ноги окровавленный носок. Он ожидал увидеть на лодыжке Бри только лишь порезы. Татуировка его удивила. Это была вьющаяся лиана в темно-зеленых оттенках, усеянная крошечными голубыми цветочками. Работа утонченная и мастерская!
– Где у вас аптечка первой помощи?
Бри указала на дверцу за его спиной:
– В буфете.
Мэтт разыскал на полке маленькую пластиковую коробочку и поставил ее на кухонный остров.
– Не могу поверить, что вы не чувствовали ран.
– Ночь выдалась тяжелой. Я, должно быть, совсем перестала что-либо ощущать.
Мэтт промыл порезы водой с мылом и заклеил антисептическим пластырем.
– Красивая у вас татуировка.
– Спасибо, – задержала на ней на секунду взгляд Бри.
Мэтт всмотрелся пристальнее. Под наколкой едва проглядывали две зазубренные линии когда-то разодранной кожи. Татуировщик блестяще справился с задачей. – Рисунок скрывает шрам?
– Да, – Бри побледнела, ее брови беспокойно дернулись вверх. – Это сюда меня укусила собака. Осталась безобразная отметина. До того как сделала тату, я никогда не носила шорты и платья.
Мэтт дотронулся до шрама. Он был тонким, но, похоже, временами «ныл».
– Сколько швов?
Вздрогнув от его прикосновения, Бри скинула ноги с острова:
– Пойду лучше посмотрю, как там дети.
Бри двинулась к двери, но Мэтт преградил путь, обвив ее тело рукой:
– Означает ли ваш звонок то, что вы все-таки решили со мной сотрудничать?
Бри приподняла бровь. Ее карие глаза выдержали его взгляд, не моргая:
– Я очень устала. И мне захотелось, чтобы в доме оказался еще один взрослый – так детям спокойнее. Этот взрослый должен был быть надежным и сильным, способным постоять за себя и других. И я подумала о вас.
– Я польщен…
Бри наклонила голову. Хоть она и была на голову ниже Мэтта, но сдаваться не собиралась:
– Вы рассчитывали на то, что ваша помощь мне сегодня ночью не будет безвозмездной?
– Конечно же, нет, – пожалев о своей выходке, Мэтт отступил на шаг назад. И что заставило его подумать, будто под предлогом расследования ему удастся склонить Бри к свободным отношениям?
– Ну, вот и хорошо, – провела рукой по волосам Бри. Не для того чтобы их пригладить, а в попытке избавиться от головной боли.
Эгоистично? Да, но Бри нравилась Мэтту. Она была привлекательной женщиной. Правда, он знавал много красавиц. И был уже в таком возрасте, когда желал от отношений не только секса и прелестного личика. Но именно поэтому Бри так ему импонировала. В ней было что-то особенное. Некая многосложность, жизнестойкость. Судьба не раз подставляла ей подножки. Бри оступалась, но не падала. Ее прямота тоже располагала к себе. Он повел себя как полный придурок, и она сразу втолковала ему это.
А поскольку он повел себя как придурок (но все еще хотел вести совместное расследование), ему следовало первым поделиться с Бри информацией.
– Ваш звонок не нарушил мой сон. Я был не дома.
Мэтт рассказал Бри о поездке к отцу Джастина и вероятном фигуранте дела – наркоторговце по имени Нико.
– Может, Джастин задолжал ему денег, – потерла глаза Бри. – Мне неприятно думать, что он взялся за старое, но такое вполне могло произойти. Иначе Эрин сошлась бы с ним снова. У нее плохо получалось разрывать отношения. Услышав в другой комнате шорох, Бри двинулась к двери: – Похоже, кто-то из ребят проснулся, – оглянувшись на Мэтта, она тихо добавила: – Мы продолжим этот разговор завтра, когда мой мозг заработает, как положено. А сейчас я постараюсь убедить детей поспать.
– Вам тоже не мешало бы отдохнуть.
– Попробую, – кивнула Бри. – В доме есть гостевая комната.
– Я могу заночевать на диване, – Мэтт решил расположиться поближе к входной двери: вдруг беглец надумал бы вернуться. – Броди будет нас охранять.
– Еще раз спасибо, – Бри вышла из кухни.
Мэтт налил в стакан воды и опустошил его залпом до дна. Утром он попробует разыскать наркоторговца, снабжавшего Джастина оксиконтином. Мэтту очень хотелось подбросить Харви альтернативного подозреваемого. Он вспомнил про походное снаряжение друга. Почему Джастин сбежал и прячется? Кого он боится? Человека, убившего Эрин? Или полицию?
А может быть, всех?
