– Хлебнешь немного? – предложила она Бри.
– Нет, спасибо. Я только проверю конюшню и сразу лягу спать, – сунув босые ноги в сапоги, Бри подхватила пальто и вышла на улицу.
Днем заметно потеплело, и снег начал таять; кое-где даже обнажились лоскутки травы. Если оттепель продлится, коней можно будет выводить на пастбище, – подумала Бри. И сделала зарубку в памяти: надо будет поправить проволоку на изгороди, за которую она зацепилась, преследуя незнакомца, вторгшегося в дом несколько ночей назад.
Она проверила подстилки и долила воды в ведра. Бунтарь принялся жевать сено. Бри остановилась и погладила коня по лбу, но вместо того, чтобы расслабиться, тот нервно вскинул голову.
– Что такое, мой мальчик? Я понимаю – тебе надоело томиться взаперти, но пока снег не сошел, выпускать вас наружу опасно. Ты же не хочешь сломать себе ногу, поскользнувшись? Наберись терпения! Еще пару дней постоит такая погода, и выгон станет безопасным.
Конь лягнул дверцу стойла.
Скрипнул чей-то ботинок, и Бри резко развернулась.
На пороге конюшни стоял Крейг. Шагнув вперед, он вытащил руки из карманов своей синей парки:
– Что ты делала сегодня в моей церкви?
– Что? – встретилась глазами с незваным гостем Бри. – Это я должна тебя спросить: что ты здесь делаешь? Это частная собственность. И ты не имеешь права разгуливать тут, когда тебе вздумается!
Крейг уже устроил ей однажды засаду. Ей следует вести себя с ним более воинственно!
– Я буду делать то, что я хочу, – Крейг выступил на свет; его лицо было суровым и напряженным, а глаза – холодными, как снег снаружи. – Я задал тебе вопрос.
– Да, задал, – окинула его изучающим взглядом Бри. Похоже, Крейг начал терять хладнокровие. Их с Мэттом визит в церковь он воспринял как угрозу!
– Я знаю, что это была ты!
Бри склонила голову набок.
– Миссис Петерсон подробно описала мне странных посетителей. Это была ты!
Бри не стала отрицать:
– Церковь – общественное здание, и войти в нее может любой.
Крейг подступил ближе:
– Послушай меня внимательно! Держись подальше от общины Грейс!
– С какой стати? – наклонилась к нему Бри. – Чего ты боишься?
– Ничего я не боюсь! – фыркнул Крейг. – Но я тебя знаю! Ты всегда недолюбливала меня. И ты сделаешь все, лишь бы испортить мне жизнь.
– Крейг, скажу тебе прямо: меня твоя жизнь не волнует! Мне вообще на тебя наплевать, – Бри смерила его взглядом; Крейг все еще не контролировал себя. Удастся ли ей спровоцировать его и заставить сказать больше, чем он хотел? – Ты говорил, что приход выделил тебе дом с тремя спальнями, а на самом деле ты живешь в квартирке над церковным гаражом. Но ты же понимаешь, что детям нужны отдельные комнаты?
– Это потому что я – холостяк. Церковь выделяет своим служителям жилье по их потребностям. Как только я оформлю опеку, у меня появится право на лучшие жилищные условия, и мне выделят больший по площади дом, – почти прорычал Крейг, оскалив свои ровные белые зубы. – Клянусь тебе: если я из-за тебя потеряю работу, ты никогда больше не увидишь ни Кайлу, ни Люка!
– Это ты убил Эрин? – бросила ему прямо в лицо Бри.
– Ч-что? – пробормотал Крейг.
– Что слышал! – Бри подошла к нему ближе: – Ты убил Эрин?
– Нет, – откинул голову назад Крейг. – Почему тебе пришла в голову такая мысль?
– Потому что я тоже тебя знаю.
Нацепив на лицо оскорбленное выражение, Крейг задрал подбородок:
– Я уже не тот человек, каким был прежде.
– Ты пришел ко мне с угрозами и развеял все мои сомнения: ты такой же, каким был.
Щеки Крейга залил багрянец. Подняв руку, он ткнул в Бри пальцем:
– Держись подальше от общины!
– А то что?
– Ты пожалеешь.
– Ты опять мне угрожаешь? – спросила Бри. Эх, будь у нее с собой мобильник, она бы записала их разговор на диктофон! Но она оставила телефон в доме.
– Да, – окинул ее взглядом с головы до ног Крейг. Под расстегнутым пальто Бри виднелась пижама. Крейг подошел к ней совсем близко, обдал ее своим дыханием с прикусом кофе. – Ты без оружия!
– А оно мне нужно?
– Похоже, не мешает тебя поучить вежливости! Не боишься оставаться наедине с мужчиной, которому грубишь?
– С тобой, что ли? – фыркнула Бри. – Нет, не боюсь.
Крейг нахмурился, его глаза забегали, решимость поколебалась. Пытаясь придать себе грозный вид, он стиснул зубы и проскрипел:
– А, может быть, зря…
Бри не составило бы труда завалить Крейга наземь. Но, пожалуй, было бы лучше, если бы
– Хочешь избить меня так, как ты избивал Эрин?
Губы Крейга скривились. Бри ожидала, что он начнет это отрицать, но он не стал.
– Знаешь, что мне больше всего нравится в нынешней работе? – спросил Крейг. – То, что я могу внушать женщинам необходимость повиноваться своим мужьям. Хорошая жена знает свое место.
– При чем тут Эрин? Ах, подожди! Ты же никогда не был женат.
– Кто-то должен научить тебя почтению! – взревел Крейг.
Новый приступ ярости сузил его глаза; рука сжалась в кулак, корпус подался вперед. Слегка. Но Бри изучала язык тела подозреваемых тринадцать лет! И на девяносто процентов была уверена: Крейг собирается замахнуться на нее.
