«Когда мы познакомились, Гоар уже переходила с поэзии на прозу. За год до этого она выпустила в Ереване маленький сборничек «Недостроенный замок мой», дарила его друзьям. В магазины он не попал – времена изменились: стихи, особенно на русском, никому в Армении нужны не были.Свои последние два стихотворения она написала на пике нашего романа. Было это в сентябре 1990-го года: Гоар приехала в Эстонию, я повез ее на Вырумаа, где мы бродили по проселочным дорогам.Больше Гоар стихов не писала, а написанные – печатать не пыталась. Она считала, что поэзия – дело молодых, и жалела профессиональных поэтов, вынужденных выпускать на старости лет одну книгу за другой, чтобы заработать на жизнь или напомнить о себе.Мы всегда смотрели в будущее, а стихи – они остались там, в далеком ереванском прошлом… Только после ее смерти (она умерла 10 сентября 2015 в Барселоне) я отыскал папку, в которой Гоар аккуратно хранила машинописные тексты своих стихов (как ни удивительно, она была педант), и обнаружил там немало стихотворений, даже более интересных, чем те, которые она включила в свой первый сборник». Калле Каспер
