Закончив разговор, Полунин направился к кабинету, который обычно снимали Батурин с Мухиным. Виталий в одиночестве сидел там за столом, уставленным банками «Холстена». Он кивнул вошедшему Полунину и показал на место напротив себя.
– Выкладывай, что случилось, – сказал Владимир, опускаясь на мягкий стул.
В этот момент появился официант. Виталий резко обернулся, собираясь на него наорать, но Полунин жестом остановил его. Владимир сильно проголодался, у него даже в животе урчало. Он заказал себе «Оливье» и курицу-гриль с картофельным пюре и отпустил официанта.
– Ну так в чем дело? – поинтересовался Полунин, открывая банку с пивом. – Какая муха тебя укусила?
– Муха, мать ее! – хмыкнул Фиксатый. – Кинули нас, Иваныч. Предали, суки, словно лохов, в натуре! Вот Колян с парнями завтра выйдет, будем им всем задницы рвать. Чисто на британский флаг!
– Успокойся и не ори! – одернул его Владимир. – Расскажи толком, что произошло?
Несколько секунд Виталий молча смотрел на него с горькой усмешкой и наконец заговорил. Полунин слушал его и едва сдерживал гнев, готовый выплеснуться наружу. Завтра должен выйти на свободу Батурин. Владимир не забывал об этом ни на минуту. Иначе кое-кто был бы жестоко наказан. Впрочем, виновные понесут наказание в любом случае.
Виталий после того, как вместе с Батоном отвез Щукина в деревню, отправился к Слону, главарю одной из самых крупных в городе группировок. Рассчитывая на договоренность, достигнутую на общем сходняке, Фиксатый собирался наказать тех, кто входил в банду Исаева. В первую очередь двух омоновцев, которых назвал Щукин. С этим и поехал к Слону.
Однако тот послал Фиксатого подальше и заявил, что не собирается гробить своих людей из-за «какого-то идиота, попавшегося на ментовскую удочку».
Виталий, опешив, напомнил ему о недавней договоренности, но Слон в ответ разразился новой матерной тирадой. Он сказал, что ему плевать на все эти идиотские соглашения, и добавил, что, если Фиксатый еще раз подкатится к нему с подобным предложением, он надерет ему задницу.
Само собой, Виталий взбесился и попытался набить наглецу морду, но ничего из этого не вышло. Братки из группировки Слона просто вышвырнули его на улицу, захлопнув у него перед носом дверь.
Виталий решил во что бы то ни стало наказать негодяя и помчался к браткам другой группировки сообщить о предательстве Слона и потребовать разобраться с ним. Однако и там его ждало разочарование. Братки отказались помогать Фиксатому, правда, в несколько более вежливой форме, но это служило слабым утешением.
Мухин весь остаток дня носился по городу как угорелый, пытаясь поговорить с остальными участниками сходняка, не теряя надежды приструнить предателей, но потом отчаялся.
Ни один главарь группировки не согласился помочь Фиксатому. Кто-то под благовидным предлогом, кто-то просто скрывался. К шести часам вечера Виталий понял, что вся городская братва вышла из игры. Один главарь пояснил, почему так произошло.
Оказывается, сразу после сходняка к этому главарю домой нагрянули люди в форме. Они сказали, что знают о сходняке и принятом на нем решении. Затем застрелили одного из братков Батурина во время перестрелки в биллиардной и сказали главарю, что, если он не откажется от участия в операции против Исаева, завтра этот пистолет с его отпечатками пальцев найдут в кармане его пальто. А заодно пообещали найти свидетелей, видевших, как он с оружием в руках выбегал из биллиардной.
Человек, рассказавший Фиксатому эту историю, был уверен, что менты так и сделают. К тому же его «послужного списка» вполне достаточно для того, чтобы ни один судья не усомнился в том, что убил батуринского братка именно он. В общем, этот главарь был до смерти рад, что отделался легким испугом. То же самое, видимо, произошло и с остальными главарями.
– Эх, Седой, какие же они суки! – с горечью в голосе произнес Виталий. – Вот уж, в натуре, никогда бы не подумал, что меня так наглухо кинет братва и останется надеяться только на блатных. Обидно признавать, что зэковские «понятия» конкретно круче наших!
Полунин на эту его последнюю реплику не обратил никакого внимания и с отсутствующим видом ковырял вилкой курицу, размышляя над сложившейся ситуацией.
Получалось, что менты всерьез взялись за его потенциальных союзников. Их информированность о ходе сходняка свидетельствовала о том, что либо среди братвы, либо у блатных они имеют надежного и хорошо законспирированного информатора. И если учесть, что Фиксатый уже успел растрезвонить по всему городу о том, что Батурин завтра окажется на свободе, менты уже осведомлены о том, кто этому поспособствовал.
Если Щукину и раньше грозила серьезная опасность, то теперь его начнут искать с утроенной силой. Исаев ни за что не даст ход в суде его заявлению. Единственной возможностью предотвратить разоблачение было устранение свидетеля.
