Александр попрощался и пошел в указанную сторону. Проходя по галерее, посмотрел задумчиво на стоявшие на полках сокровища — древние рукописи. Были там и те, которые он только что изучал в электронной версии, а еще множество других раритетов: фрагменты манускриптов Мертвого моря, великолепные иллюстрированные копии Корана, древние буддийские и индуистские тексты. Эту картину он видел уже тысячу раз, но всякий раз, попадая в галерею, ощущал притягательную силу этого места и радость встречи. Но как случилось, что такие редкостные сокровища оказались в частной библиотеке?
Следующая галерея показывала другие чудеса книжного мира: китайские нефритовые книги, японские коробочки инро, прекрасные мугальские миниатюры и превосходные персидские рукописи с иллюстрациями. Глаза разбегались от такого великолепия, и все же Александр считал, что еще более ценными и интересными были богатства галереи рукописей.
Спустившись по лестнице, он оказался в вестибюле вполне современного вида. Ночной сторож посапывал за стойкой, но, услышав шаги, проснулся, встал и пошел открывать запертую дверь.
— Доброй ночи,
Александр ответил ему и зашагал по ночной улице, привыкая к холоду. Устал он безмерно, но и доволен был тем, сколько успел сделать. Исследование продвинулось изрядно. Он уже просчитал, что остается ему всего день поработать, и задание, которое привело его в Дублин, будет выполнено. Он шел в гостиницу в приподнятом настроении, сознавая, что долго спать не сможет. А когда проснется и позавтракает, сразу же вернется в
И тут он почувствовал, что сзади кто-то есть.
В отделе рукописей
— Нет оригиналов Нового Завета?
Томаш развел руками.
— Никто их не видел, — объяснил он и, надув щеки, выдохнул нечто вроде «нету». — Исчезли! Пропали во мраке веков!
— Вот как? — удивилась Валентина и махнула рукой в сторону Кодекса. — Нам остались только эти… эти копии?
И снова отрицательный ответ.
— И копий нет.
Итальянка наморщила лоб.
— Как — копий нет?
— Нет.
Итальянка положила руку на
— А что же тогда это? Призрак?
— Почти, — и Томаш почувствовал, что непроизвольно улыбнулся. — Послушайте, что я вам скажу: у нас нет ни оригиналов, ни соответствующих копий Нового Завета. На самом деле, у нас нет даже ни копий копий, ни копий копий копий… — Он со своей стороны положил руку на рукопись. — Первое Евангелие, дошедшее до нас, — от Марка. Оно было написано примерно в 70 году, то есть еще в I веке. А самый древний из манускриптов с текстом Нового Завета —
— О, Мадонна! — воскликнула итальянка. — Я даже и вообразить такого не могла!
Томаш откинулся на стуле, стараясь усесться поудобнее, но глаз с собеседницы не сводил.
— А все это, как вы понимаете, создает проблемы.
Валентина покачала головой, соглашаясь с ним; как-никак, она была сыщиком и понимала важность знакомства с первоисточником.
— Можем ли мы быть уверенными, что энная копия верна оригиналу?
— Это похоже на детскую игру «Испорченный телефон», — принялся он объяснять. — Уже в зрелом возрасте довелось мне рассказать одну историю моей подруге, та пересказала ее своей, вторая — третьей, а уж эта последняя доложила содержание мне. Как вы догадываетесь, пройдя через три фильтра, она весьма отличалась от первоначальной версии. А теперь представьте, что должно было случиться с текстом, который записывали-переписывали бесчисленное количество писарей, многие из которых были, вне всякого сомнения, малоквалифицированными любителями. Сколько изменений должен был претерпеть этот текст?
— Минимум, несколько.
Португалец обратился к открытой странице Ватиканского Кодекса.
— Вот почему так важна пометка на полях, сделанная писарем в адрес копииста, которую могла видеть Патрисия, — он показал на фразу рядом с текстом: «Дурак и невежда! Оставь в покое древний текст, не трогай его!». И все потому, что кто-то поменял
