Посторонний наблюдатель заметил бы, что их вели те же солдаты, которые устраивали засаду утром, что солдаты эти были усталые, грязные и злые. Но посторонних наблюдателей в пещере не было.
Навстречу космонавтам по коридору веснушчатый человек тащил за ноги тело. Лысая голова в венчике седого пуха билась о камень пола. Человек отдёрнул труп, чтобы пропустить новых пленников.
— Профессор Кори! — ахнул Девкали.
— Проходите, не задерживайтесь, — подтолкнул его в спину солдат. — Сюда.
Стальная дверь, изрешечённая пулями, захлопнулась за ними.
— Этого не может быть, — произнёс Христо. — Этого просто не бывает.
Он стоял, прислонившись к стене и закрыв глаза.
— Как видишь, всё бывает, — ответил Павлыш. — И если Кори с ними воевал, то нам сам бог велел.
— Его убили, — сказал Девкали. — Вас они, может, и не убьют. Своих они жалеть не будут.
— Знаешь что… — Малыш поморщился от боли. Он с трудом надорвал прочную ткань комбинезона и попытался соорудить что-то вроде бинта. — Знаешь что, Девкали, сейчас не время делиться на наших и ваших.
— Может, тряпкой замотать? — спросил Христо, указывая в угол. Он подошёл к куче тряпья и попытался найти тряпку почище. — На них кровь.
— Тряпок не надо. — Девкали наклонился над Малышом. — Неизвестно, сколько они здесь валялись! Больно?
— Очень, — сказал Малыш. — Но терпеть можно.
— Даже промыть нечем.
Павлыш перевязал кое-как Малыша и подошёл к Христо, всё так же неподвижно стоявшему у стенки. Даже при свете единственной тусклой лампочки было видно, как он бледен.
— Ты чего задумался, Христо? — спросил Павлыш.
— Я — ничего. Со мной всё в порядке, — ответил практикант. — Они, когда скафандр с меня снимали, меня били. Понимаете, ногами били. Наверное, синяки остались.
— Хочешь, посмотрю, что там с тобой?
— Нет. Мне не больно. Обидно просто.
— Тебе лекцию прочитать? — спросил Павлыш. — Лекцию о том, что Галактика — не сплошной праздник и радость открытия?
— Я всё понимаю.
— Ты подумай, что Снежина, девушка, уже несколько часов где-то здесь. И её, возможно, тоже били. Я не могу тебя успокаивать.
— Я понимаю.
— Постой-ка, что это на стене?
Павлыш увидел какие-то буквы, полускрытые спиной Христо.
Христо отпрянул от стены.
— Где?
— Эх, фонаря нету, — огорчился Павлыш, наклоняясь к надписи. — Плохо видно.
Малыш, ковыляя на одной ноге, подобрался поближе. Подошёл и Девкали. Он вынул из кармана маленькую зажигалку.
— Вот. Мне Баков подарил. Охотничья.
— «Не верьте им, —
прочитал Девкали. —
Их двадцать человек. Они хотят захватить корабль. Уничтожить всех. Есть другой выход. По коридору налево и дальше. Снежина, Антипин в другой камере, предупредите корабль. Генерала убили, сейчас убьют меня…»
— Кори, — сказал Павлыш. — Он успел.
— Через час или два наши взорвут вход в пещеру, — произнёс Малыш.
— Это плохо, — ответил доктор. — Нашим нельзя входить в пещеру. Надо выбираться самим.
— Как? — спросил Христо. Теперь, когда появилась необходимость действовать, апатия пропала.
Павлыш обошёл камеру. Посмотрел на щель наверху.
— Человек пройдёт в неё? Дай-ка, Христо, я тебя подсажу. Ты лёгкий. Вставай мне на спину.
Павлыш встал на четвереньки и подставил спину практиканту. Христо достал руками до края щели и подтянулся до тех пор, пока голова его не оказалась вровень с ней.
— Что видишь? — прошептал снизу Павлыш.
— Темно.
— Пролезть сможешь?
— Надо разобрать несколько камней. Тебе не тяжело?
— Нет.
— Тогда терпи. Буду расшатывать.
— Скорее, могут войти.
Девкали подошёл поближе, чтобы принять камень из рук Христо.
— Кто-то идёт, — прошептал Малыш.
Христо спрыгнул на пол, и Девкали спрятал камень в угол, под тряпьё. Дверь чуть приоткрылась, и солдат осторожно заглянул внутрь, выставив вперёд автомат.
— Чего шумите? — спросил он. — Жить надоело?
Он оглядел пленников. Они сидели на полу, на вид безучастные ко всему. Солдат успокоился, захлопнул дверь и снова ушёл на свой пост.
Павлыш, не теряя времени, опустился на четвереньки, и Христо сразу поднялся к щели.
— Малыш с Девкали останутся здесь, — велел Павлыш. — Разговаривайте, ведите себя непринуждённо.
Христо передал Девкали ещё один камень.
— Теперь можно пролезть, — сказал он.
Министерство войны возвышалось над Лигоном громадным серым кубом, увенчанным множеством острых шпилей, что придавало ему странное сходство со сказочным готическим замком. Его пощадили бомбы, или, может, они не справились с толщей министерского бетона. Спасательный катер остановился у главного входа; непропорционально маленькие двери прятались в тяжёлых громадных порталах. Двери были распахнуты настежь, и за небольшим низким холлом начинались бесконечные коридоры, усыпанные бумагами и полные шорохов — ветер врывался в разбитые узкие окна-бойницы и нёс бумаги по коридорам к радости расплодившихся здесь крысят.
