Бригада пожарных во главе с бригадиром Дмитрием Васарским срочно выехала на Восемнадцатую линию Васильевского острова. Красная машина понеслась по городу, воя на ходу и не реагируя на запретительные сигналы светофора.
– Быстрее, быстрее, – подгонял Васарский водителя. – А то на пепелище приедем…
Между тем совещание у Мухомора продолжалось.
– Я вот что думаю, – произнес подполковник. – Он пишет не о нынешних теплых днях, а о позапрошлых.
– Совершенно верно, Юрий Саныч, – сказал Соловец.
– Что это может значить?
– Может быть, что-то связанное с его прошлым?
– Вот и я думаю. Мне известно, что незадолго до того, как его задержали, он вместе с Куликовой отдыхал в Одессе, в Аркадии.
Оперативники переглянулись.
– То есть вы думаете…
– Да, я думаю, не там ли собака зарыта?
– В Одессе сейчас тоже холодно, товарищ подполковник, – заметил Волков.
– Уж теплее, чем здесь, – сказал Дукалис.
– Я когда после задержания допрашивал Максимова, он мне сказал, что рано или поздно опять побывает в Одессе.
– С какого вокзала поезда на Одессу идут? – поинтересовался Дукалис.
– С Витебского, – сказал Соловец. – Каждый день.
– Я считаю, надо сделать вот что. – Мухомор обвел взглядом подчиненных. – Отправляйтесь на вокзал и в аэропорт и выясните, не приобретался ли билет в Одессу на фамилию Веры Куликовой.
– Вы считаете, Максимов поедет в Одессу вместе с Куликовой? – спросил Соловец.
– Я считаю, что она для нас сейчас единственная зацепка.
– Хорошо, Юрий Саныч.
От дыма в горле Мухомора продолжало першить. Кроме того, подполковник чувствовал легкую тяжесть в голове после водки, выпитой вчера на фуршете во Дворце молодежи.
– Налей-ка мне стаканчик воды, – попросил Мухомор Волкова.
Старший лейтенант встал из-за стола и подошел к тумбочке, на которой стояли графин с водой и стаканы. Наполнив стакан до краев, оперативник поставил его на стол перед Мухомором. Вода, плеснувшая через край, оставила на столе мокрый круг. Взяв стакан в руку, подполковник со вздохом взглянул на воду.
– Я ведь уже неоднократно говорил, что мебель боится воды, – сказал Мухомор.
– Простите, Юрий Саныч.
– Да я-то прощу, а что будет со столом?
– В следующий раз буду аккуратнее.
– Если мы так будем себя вести, у нас никакой мебели не останется, ни столов, ни стульев – ничего.
Волков понурил голову.
– Запомните раз и навсегда, – сказал Мухомор, подняв указательный палец, – мебель боится воды!
Того, что случилось в следующее мгновение, не ожидал никто. В ближайшем от Мухомора окне неожиданно появилась пожарная лестница, а еще мгновение спустя возникла голова пожарного в каске. В руках у него был шланг, металлическим наконечником которого он разбил стекло. Мощная струя воды хлынула в кабинет подполковника, сметая все на своем пути.
– Что такое?! – успел крикнуть Мухомор.
– Не волнуйтесь, ребята! – ответил пожарный. – Сейчас потушим!
– Что потушим? – воскликнул Соловец.
– Как что? Пожар!
– Нет здесь пожара! – попытался объяснить Ларин.
Но было уже поздно. Струя воды окатила оперативников, смела все со столов, опрокинула стулья, затушила буржуйку и образовала глубокую лужу на полу. Потеряв дар речи, промокшие до костей милиционеры потрясенно смотрели на устроенный пожарными погром.
На следующий день оперативникам удалось выяснить, что на ближайший воздушный рейс до Одессы взят билет на имя Веры Куликовой. Было принято решение устроить засаду в аэропорту. Оперативная бригада на «уазике» приехала к зданию аэровокзала за два часа до одесского рейса. В машине находились Петренко, Соловец, Дукалис, Волков и Ларин.
– Приехали, – сказал капитан, когда автомобиль остановился возле входа.
– Выходим, – произнес подполковник.
Покинув машину, милиционеры зашли в помещение. Поднявшись по лестнице, они оказались на втором этаже. Дукалис с грустью посмотрел в сторону буфета.
– Рассредоточимся, – сказал Мухомор. – Я встану возле окошка регистрации.
– А нам куда, Юрий Саныч? – спросил Соловец.
– Вы с Лариным идите в буфет, а Волков и Дукалис останутся в зале. Связь держим по рации.
– Можно мне тоже в буфет? – робко поинтересовался Дукалис.
– Отставить разговоры.
– Есть.
– Выполняйте задание.
– Слушаюсь, товарищ подполковник.
Милиционеры расположились на местах, указанных
Мухомором. Ларин и Соловец подошли к стойке бара и начали изучать меню. Все столики, кроме одного, были заняты. У стойки стояла очередь из трех человек.
– Что будем пить? – спросил коллегу Ларин.
– Я кофе.
– А я, пожалуй, сок. Как думаешь, не могла Куликова решить одна в Одессу слетать?
– Ты бы полетел один зимой в Одессу?
Ларин пожал плечами. Юноша и девушка, стоявшие первыми, купили по бутылке минеральной воды и отошли от стойки. Полный пожилой господин, переминавшийся с ноги на ногу перед оперативниками, начал делать заказ.
– Будьте любезны, – произнес он, – налейте мне кружку пива, дайте салат оливье, порцию сосисок, бутерброд с беконом и пачку сигарет.
– Каких? – спросила девушка за стойкой.
– «Ленинград».
Работница бара начала наливать пиво в кружку.
– Нет, пожалуй, бутерброд не с беконом, а с сыром, – произнес полный господин.
