– Он на углу, как мы и договаривались?
– Да. – От меня не ускользнуло, что она не назвала его по имени.
– Мадам консьерж уже в постели, так что нам не нужно ее отвлекать, – продолжила она. – Ты подожди здесь.
Прежде чем я успела ответить, она выбежала из кухни. Я затаила дыхание, оглядывая пустоту вокруг. Стояла неестественная тишина, хотя обычно раздавались какие-то звуки. Впрочем, я бы их и не расслышала, когда сердце стучало в горле и дыхание отдавалось в ушах.
Мама ворвалась обратно на кухню вместе с Себастьяном. Слава Богу! Он с нами. Я бросилась ему на шею, как будто мы расставались на недели, а не всего на три минуты.
– Тогда я пойду спать, – резко сказала мама, поворачиваясь, чтобы уйти.
Я потянулась к ее руке:
– Спасибо тебе, мама.
Она что-то пробормотала, но не встретилась со мной взглядом и ушла. Даже не поцеловала на ночь.
Себастьян посмотрел на меня, поднимая бровь:
– Ты уверена, что она хотела, чтобы я пришел?
Я кивнула.
– Это была ее идея.
С громким вздохом Себастьян тяжело опустился на стул.
– Ну, теперь она, кажется, не очень этому рада.
– Она просто нервничает. – Я села на стул рядом с ним, обхватила его руки ладонями. – Все будет хорошо, я обещаю. – Он не ответил, но нервно огляделся вокруг, затем встал, подошел к окну, распахнул его и закрыл ставни. – Обычно мы не закрываем кухонные ставни, Себастьян.
– Мне так спокойнее. – Он мерил шагами кухню. – Где я буду спать?
– В моей комнате. Мама постелила тебе на полу.
– Очень любезно с ее стороны. – Он перестал расхаживать и улыбнулся мне. – Хотя я не думаю, что воспользуюсь этой постелью!
Я почувствовала облегчение от того, что его как будто отпустило, но вскоре он снова зашагал туда-сюда.
– У тебя есть краска для волос? – Он вытащил из нагрудного кармана смятую пачку «Житан» и дрожащими пальцами прикурил сигарету. Я тоже потянулась за сигаретой, хотя никогда не курила. Себастьян зажег ее для меня, и я вдохнула едкий сухой дым, отмахиваясь от него, когда струйки спиралями взвились вверх. Мама не хотела бы, чтобы завтра на кухне пахло пепельницей, поэтому я открыла ставни, которые он только что затворил, и распахнула окно. Себастьян вжался в дальний угол, прислонившись спиной к шкафу. – Думаю, надо покрасить волосы сегодня ночью, на всякий случай.
– Я не уверена, что у нас прямо сейчас найдется краска. Мама ничего не говорила. – Я сделала еще одну затяжку, мои пальцы дрожали. – Тебе придется пока посидеть дома. Не волнуйся, никто сюда не явится.
Он затушил сигарету в пустой кофейной чашке, стоявшей на буфете.
– Тогда закрой ставни. Так будет безопаснее. – По его безжизненному тону я поняла, что он ожидал от нас более продуманного плана действий, но мама лишь в последний момент вспомнила про краску для волос, а такую роскошь нелегко было достать.
– Давай ложиться спать. – Он взял меня за руку, и мы вышли из кухни, оба охваченные чувством неловкости.
Мы молча разделись и скользнули в мою односпальную кровать. Он обвил меня руками и притянул к себе; наше дыхание, поначалу прерывистое, вскоре успокоилось и вошло в синхронный ритм, когда мы закрыли глаза. Мы не разговаривали и не занимались любовью, но то погружались в сон, то выходили из него, шевелились, просыпаясь, а затем снова засыпая. Я так и оставалась в его объятиях. Они придавали мне чувство защищенности, хотя я знала, что это всего лишь иллюзия. Опасность витала в воздухе, и мы вдыхали ее всю ночь напролет.
Очень ранним утром я распахнула глаза и увидела, как солнечный свет пробивается сквозь щели в ставнях. Ровное и неглубокое дыхание Себастьяна подсказывало, что он спит, поэтому я решила еще подремать.
Громкий стук разбудил меня. Себастьян тут же открыл глаза.
– Откуда это? – прошептал он.
Похоже, барабанили в дверь. Я вцепилась в него:
– Не двигайся. – Я накрыла его с головой простыней, обхватила его руками, моля о том, чтобы нашлась какая-то другая причина для настойчивого стука.
Снова постучали.
–
Я затаила дыхание, обнимая Себастьяна, на глаза навернулись слезы.
В гробовой тишине я услышала, как открывается входная дверь. Тяжелые шаги эхом отдались в ушах, затем громкий голос крикнул:
–
Я крепче сжала голову Себастьяна. Бежать некуда. Нет и времени на побег. Я накрыла его своим телом.
Шаги прогрохотали по коридору. Дверь спальни распахнулась. На пороге стоял крупный мужчина.
– Он здесь! – раздался его крик.
Вбежал еще один мужчина. Он пнул ногой кровать:
– Вылезай! Живо!
Я крепче прижала Себастьяна к себе, паника просачивалась сквозь каждую пору моей кожи. Я вцепилась в него изо всех сил. Мужская рука замаячила у меня перед глазами, а уже в следующее мгновение схватила Себастьяна и вытащила его наружу. Я потянула на себя простыню.
– Пожалуйста! – вырвался у меня вопль. – Он на нашей стороне!
Другой мужчина приблизил свое лицо почти вплотную к моему.
