— И что-же, ты говоришь, что Дурман тебе не почём? Думаешь, что любая, аномалия тебе будет не почём? Грядет то, что ты не переживешь, а может и переживёшь. Я не могу сказать, что это и времени у нас нет, главное готовься побороть страх.
Я внезапно проснулся, не осознавая, что это было, да и не хочется об этом думать. Такие сны, которые происходят от дурмана, он навсегда повреждает сознание, это как опухоль, он присасывается к мыслям и бьёт, когда ты слишком легкомысленный, также иногда хочет помочь, а иногда и то и другое. Рядом сидел Серёга и осматривал свою руку, даже просто взглянув было видно, что он как новый и что-то там есть новое.
— Фига ты два часа поспать,
— Ну я устал так-то,
— Опять дурман,
— Я кричал?
— Угу, даже приходили люди,
— Понятно, че себе добавил,
— Фляга с самогоном, хочешь? — Серёга открути крышку и комнату наполнил запах спирта.
— Вот это козырно. И это все?
— Нет, мы еще установили локатор и счетчик Гейгера, локатор очень слабый и видит почти в упор, но я могу увидеть, что в ящике, а счетчик Гейгера и есть счетчик Гейгера
— Нормально
Мы посидели в тишине ещё две минуты и потом я пошел в отстойник. Он был вырыт довольно далеко от станции, но даже сквозь четыре двери в коридоре можно было унюхать запах. Это был отвратительный запах, многолетних отходов, и лишь кому это могло понравиться это фермерам, что забирали такое раз в неделю, но даже этого не хватало чтобы опустошить его. К счастью я никогда не падал туда, но был один парень, Митя, он туда упал и три человека его оттуда вытаскивали, после этого его стали называть просто — Коричневый Митя, из-за этого мелкие ребята его также называли Корича, и из-за его карих глаз над ним часто потешались молодые. Но, к счастью, он живет нормально, только стал помешан на чистоте и больше не ходит в этот отстойник, а отходит в ведро. Закончив свои дела, я пошел за Серегой, спросить, где Вова. Зайдя в комнату, я произнес:
— Слыш, а где Вова?
— Пошел за талонами
— Как, уже?
— Да, а потом сходим в кафешку, ну или снаряги возьмем, я за кафешку.
— Ну я тоже, а давно он ушел?
— Не очень, минут пятнадцать, так, что, наверное, рядом.
Вдруг дверь открывается и входит Вова.
— Здарова бандиты
— О, наконец, давай наши доли
— Так это тебе, тебе и мне, — Сказал Вова и раздал небольшие коробочки от всяких вещей, в них были талоны, десять стотысячных талонов — это очень большие деньги.
— Ну че братва, в кафе?
— Да! — Прозвучало в три голоса
Мы взяли каждый по тем деньгам, что у нас остались и убрали новые. У меня было двести талонов, у Вовы триста тридцать один, а Серёги сто восемьдесят девять.
— Да, не густо у меня, — Сказал Серёга с печалью.
— Ну ещё не холод, — Задорно сказал Вова
— А ты Кирилл на че спустил?
— А я на бухло, а у тебя Вован че так много?
— Ну я курить бросил, во двести с экономил,
— А смотри, он в натуре не врет, я его последний месяц не видел курящим,
— И я нет, блин может бухать перестать,
— Давно пора, а то скоро твою печень никаким печёночником не вылечишь,
— Это да, ладно пошли
Мы дружно вышли через дверь и на наших лицах можно было увидеть счастье, не поддельное, настоящее и дело было даже не в том, что мы получили много денег, а в том, что мы сходим в кафе, даже люди нам казались счастливее. Мы пришли в кафе и заняли столик, на столе лежала бумага, обернутая в прозрачный скотч, через который можно было увидеть блюда и цены. Мы просидели пару минут и потом Вова отложил меню и сказал
— Ну кто пойдёт?
— Кто сказал тот и идет,
— Давайте камень, ножницы бумага?
— Че я на мелкого похож? Да давай,
— Камень, ножницы бумага, — Мы потрясли три раза кулаками, и я показал бумагу, а все показали ножницы
— Ну ё, ладно, что будете
— Шашлык, пельмени и компот — Сказал Вова
— Шашлык, хинкали и компот — Сказал Серёга
— А какой шашлык?
— Из баранины, конечно, — Сказали оба любителя шашлыка
— Окей, всё?
— Да
Я встал и пошел к стоявшей женщине за прилавком
— Здравствуйте, можно три шашлыка из баранины, две порции пельменей, одна порция хинкали и три компота к тому столику,
— С вас сорок восемь, блины не хотите?
— Давайте двенадцать обычных,
— Хорошо шестьдесят,
— Сейчас,
Я пошел обратно к столику
— Так пацаны шестьдесят, если блины будете обычные
— Будем, давай двадцатку с троих
Все мне отдали ровно сорок талонов, и я ушёл обратно к стойке,
— Вот, — сказал я протянув сорок и добавив ещё своих двадцать
— Хорошо ожидайте вам всё подадут,
Я ушёл к столику и почуял сильный голод, как раз к столу. Я сел и посмотрел на своих друзей, они тоже были голодны. Все мои мысли заняла еда, хоть Вова и Сергей говорили я их не слышал. Через, кажется, вечность, нам принесли шашлык и компот.
— Через пару минут будет все остальное, — сказала миловидная женщина лет двадцати.
Мы принялись есть шашлык, закусывая лавашем. Мы справились за пару минут и глотнув компота стали ждать пельмени, и хинкали. Как только мы откинулись пришла та-же женщина и подала нам наши блюда, и блины. Мы закусывали блинами и, ели еду без соуса. Прошло пятнадцать минут, и мы опустошили тарелки.
— Я.…Объелся, — Сказал Вова
— И я, — Ответил я и Сергей.
