Приоткрыв веки, мужчина обнаружил, что автобус уже довольно резво мчит к городу. За лесополосой мелькали тысячи раз виденные склады и техзона пригорода. Ветер, шумя, врывался в два открытых люка в потолке и хоть немного заглушал неумолкаемый гомон двадцатипяти человек, сидящих и стоящих в проходе. Он обвел мутным взглядом потное вонючее людское стадо. Правда, находящиеся в салоне были на редкость непривлекательны. Пожилые толстые тётки с красными отёкшими рожами. Женщины помладше выглядели ещё мерзопакостней, походя на крыс, жаб и облезлых шакалов. Мужики, составляющие четверть от общего числа, мало уступали им. Морды пропойц, сизые носы, багровые хари в следах «былой удали», и конечно неистребимая вонь перегара, доносящаяся из их группы вместе с отборным матом, не давали усомниться: с подобным стадом ему не найти ничего общего, несмотря на половую принадлежность. У Осенева невольно скривились губы. Были ещё четверо старшеклассников, уткнувшиеся в свои вечно пиликающие мобильники, но они вообще не заслуживали внимания. Тоска и брезгливость, вот и всё что он испытывал, других чувств просто не могло быть. Самую малость радовала мысль, что на сегодня конец, до завтра мерзкие рожи отодвинутся на задний план. Анатолий понимал: это самообман, завтра всё повторится по новой, ничего светлого или приятного, лишь тяжёлый труд, да депрессивная действительность.
Вечер пролетел так же, как многие до него: озеро, дела, телевизор. Ночь выдалась на редкость жаркая, длинная, почти не дарующая отдохновение, лишь утром стало слегка прохладней, однако очевиден факт: жара наступит через два – три часа и будет с трудом выносима.
Снова грязный ржавый автобус, сбор людей по городу. Осенев тоскливо – обречённо кивал на редкие приветствия.
Она вошла в салон вместе с основной толпой на двенадцатом переулке, у мужчины даже глаза слегка приоткрылись от изумления. Такие девушки редко, очень редко отправляются на заработки в поля. Молоденькая, не старше семнадцати лет, брюнеточка с прямыми длинными волосами. Тоненькая, но с вполне оформившейся фигурой, девица прямо-таки излучала свежесть и чистоту. Облачённая в чёрную майку и такого же цвета облегающие штаны она спокойно поднялась в вонючий салон, с отрешённым достоинством окинув безрадостное содержимое взглядом. Под давлением толпы девица сделала пару шагов, зашарив взглядом по свободным местам, прикидывая, куда бы присесть. Некто сзади скрипучим голосом её о чём-то спросил. Девица нехотя ответила, что вышла первый день, потому не в курсе, как убирают картошку в колхозе. Голос сзади заверил, что её всему научат на поле.
Я бы тебя научил нашему нелёгкому труду, да и кое-чему другому, – мелькнула у Анатолия игривая мысль. За ней последовала логическая: Ни за что ко мне не сядет, скорее к алкашу Ваське, или толстухе Машке. Осенев даже отвернулся, понимая, сей лакомый кусочек определённо не для него. Тут же устыдившись минутного сомнения, он предпринял единственную попытку: стоило девице оглядеть его, как он почти незаметно, но убедительно кивнув, указал взглядом на свободное место рядом с собой. Юная прелестница, изящно двигая ладненькими бёдрами, постояла пару секунд с оценивающим выражением лица над проходом к его сиденью. Анатолий ответил более смелой улыбкой, в результате красоточка бестрепетно уселась рядом. Самое интересное: толпа слегка придвинула её к мужчине настолько, что тёплое девичье бедро, прикрытое лишь тоненьким трикотажем, плотно прижалось к его ноге.
– О! – Вымученно воскликнула она, когда толкнули ещё раз посильней, так, что бедняжку вжали в Осенева всем корпусом.
– Хотите к окну? Там не толкают.
Как правило, следовало ждать односложного ответа в смысле: потерплю. Однако девушка, едва заметно, одними краешками губ улыбнувшись и снова пару секунд разглядывая его, кивнула:
– Хочу.
– Окей, вы приподнимаетесь, а я на ваше место.
Перед носом мелькнула обтянутая тканью аппетитно-округлая попка девушки. Слегка проводив её взглядом, мужчина одним движением переместился на её место, крепким плечом сразу оттолкнув висящее над ним пузо очередного алкаша. Брюнеточка довольно откинулась на спинку сиденья.
– Спасибо! Я первый раз на уборке, даже не представляю, как там всё делается.
– В общем ничего особого, с непривычки, конечно, тяжеловато.
– А вы давно туда ездите?
– Восемь лет.
– Прилично. Вы с кем-то? Ну друзья какие-нибудь есть в бригаде, чтобы не скучать? – спросила девушка, выжидательно поглядывая своими большими карими глазами на него.
– Нет, так знакомые.
– Я тоже одна, звала подружку, но её сюда на верёвке не затянешь.
– А ваш парень, он не боится оставлять столь прекрасную особу одну вместе с толпой грязных мужиков?
Она вновь легонько улыбнулась.
– У меня нет парня, некому бояться. А вы не похожи на остальных, потому и один?
– Именно, – покачал головой Анатолий.
– Сделаете для меня одолжение, поможете освоиться там, на поле? Совсем не хочется обращаться к кому-то из этих…
Осенев заметил, как брезгливо дрогнули губы девчонки. Вот так сюрприз: схожесть взглядов!
