- Вашего мяса хватит надолго, вы каждый день будете видеть, как съедают одного их вас, и крики того, кто в этот день станет едой, будут сливаться с криками ужаса тех, кто будет видеть наше пиршество, зная, что завтра наступит его очередь.
- Он говорит это для того, чтобы мы его убили быстро, - вполне спокойно проговорил Кнубур.
- Согласен с тобой, - поддержал я, - но этот сморчок даже не может представить, какую жуткую смерть мы ему приготовили. – Моя улыбка была достаточно кровожадной, и одновременно ехидной до невозможности. – Правда он может умереть быстро, если расскажет нам про своё племя. А если он ответит на все наши вопросы, то, может быть, мы и совсем отпустим его.
Но дикарь не поддался на мою уловку. Он утробно закудахтал, видимо смеясь, и вновь попытался разозлить нас.
- А ваша женщина станет женой вождя племени, а когда она ему наскучит, она станет женой всех остальных мужчин, пока не сдохнет под одним из нас.
- О, кстати, - я закрутил головой высматривая Иглу, - хорошо, что ты, несчастный, напомнил о ней. Сейчас я её позову и она, возможно, прямо здесь сделает тебя своими мужем!
Карлик и Кнубур в изумлении открыли рты. Видимо мои слова огорошили и того, и другого.
- Валерия, - позвал я медичку, - тут вот товарищ отказывается рассказывать о своём житье-бытье. Не поможете развязать ему язык.
- Сейчас подойду, - отозвалась девушка, заканчивая перевязку головы раненного воина.
- Ну всё, приятель, - посмотрел я на пленника, - сейчас жрица начнёт тебя спрашивать, а ты отвечай не быстро, чтобы мы успевали запоминать.
- Я ничего не скажу. – в голосе коротышки послышались истерические нотки. Видимо он что-то почувствовал в спокойном и уверенном голосе той, кому он предрекал позорную смерть.
- А может Тора позвать? – спросил Кнубур.
- Нет-нет, - сразу ответил я, - если бы тут был Тор, то скорее всего этот недомерок был бы уже мёртв.
Начальник отряда потёр подбородок и согласился, - да, пожалуй, ты прав. После слов о женитьбе их вождя на сеньорите Валерии, мы бы уже ничего не услышали.
Пристроив рядом с перебинтованным воином сумку с Чучей, Игла подошла к нам.
- Что не колется? – по-простому спросила она.
- Ага, - вздохнув ответил я, - в несознанку ушёл. Помоги человеку поделиться всем что он знает.
- Это мы запросто, - и Лерка полезла в кармашек на поясе. Вытащив оттуда какую-то таблетку, она рукояткой кинжала размяла её в ладони, и быстро присев дунула этой пыльцой в лицо пленника. – Через минуту можете спрашивать, хотя, скорее всего, он и сам начнёт болтать. Если надо будет его остановить – шлёпните его по щеке и быстро задайте вопрос. – И с этими словами медичка направилась к раненым.
Провожая её взглядом, я задумался. Мне казалось, что все таблетки, Лерка достаёт из одного и того же кармашка. На вид, цвет и размер, они вроде все одинаковые, однако одни она даёт нам с Тором, чтобы мы не подхватили какую-нибудь заразу в джунглях, другие, чтобы успокоить меня, ещё какие-то от всяких нехороших болезней, которые передаются тем самым путём. А теперь она, казалось бы, такую же таблетку распылила дикарю, чтобы он поделился сведениями о своей жизни. Что-то тут не так! Уж не внушает ли она нам от чего хочет вылечить. А наши организмы, поддавшись её уговорам и наставлениям сами вырабатывают то, или иное лекарство. Мысль, конечно, бредовая, и усмехнувшись над своими такими рассуждениями я уставился на пленника, который начал говорить.
Где-то через полчаса, мы дали ему попить, потому что голос его захрипел. Глоток воды с соком священного дерева, помог ему, и даже поспособствовал словесному поносу, который выдавал этот, судя по улыбке, счастливчик.
Начал он издалека, с самого своего тяжёлого, но местами радостного детства. Потом мы узнали, как он становился мужчиной и пройдя довольно суровое испытание, стал воином племени. Старели они так же долго, как и спатхи, и как выяснилось, по началу у них были такие же проблемы с рождением детей, но племя без устали работало над решением этого вопроса, и они, таки, нашли выход! Когда семья собиралась завести ребёнка, их отправляли на самую окраину джунглей, и на границе с пустыней они жили примерно год. Когда рождался младенец, они возвращались назад. Этот хитрый план, подсказанный жрицей племени, позволил им сохранять популяцию, в размерах достаточных, для того, чтобы и отражать нападения хищников, и не голодать от недостатка пропитания. А проблемы с едой, у них видимо были, раз они, на сколько можно было понять, вполне могли съесть и соплеменника, если он в чём-то проштрафился.