— Брейк! Раунд окончен. Разойтись по углам! — кричит маленький круглый тренер и расталкивает нас в разные стороны.
— Так, соколики, еще два раунда и хорош. Я не собираюсь тут с вами до ночи скакать, — добавляет он и отходит в сторону.
Нет, мы не разругались с Пушкиным настолько, что пришлось бить друг друга на ринге. Да и дракой это все назвать сложно. Бой по правилам бокса, в перчатках, под пристальным присмотром тренера.
Просто Сергей прожужжал мне все уши о том, что хочет реванша за случай в поезде. Я уже забыл, как мы познакомились. А он помнит. Во всех подробностях. Причем, с прошествием времени таких подробностей в его голове только больше.
Пришлось выбрать время и сойтись с ним на ринге. Пусть выпустит пар, да и мне тренировка не помешает.
Кстати, парень дрался очень даже неплохо. Было видно, что занимался с самого детства. При всей своей странности, Пушкин был храбрым наследником рода и отличным бойцом. Я почти что не поддавался, работая в полную силу.
Моих навыков едва хватало, чтобы сдерживать взрывного бойца. Будь я в прежнем теле, было бы даже смешно. А так, это бой двух юных людей, один из которых больше подкован теоретически, зато другой мощнее.
Еще один раунд прошел в напряжении. Я чувствовал, как тело устает, а внимание притупляется. Пару раз неплохо так пропустил, но, что называется, отыгрался, заставив Пушкина отступать к канатам и уходить в глухую оборону.
После этого, Сергей посмотрел на меня с уважением, наверняка понимая, что я могу драться без магии и уловок. Раньше он, наверняка, считал по-другому.
Последний раунд оказался не очень удачным. В том плане, что Пушкин споткнулся и я его сильно стукнул.
Пришлось тоже спотыкаться специально и допускать простые ошибки. Не хватало еще, на дай бог, победить. Он меня тогда точно достанет!
— На! Получи! Вот тебе! — в последний момент выпалил мой противник. И пошел в решительную атаку.
В такую, что сам раскрылся, напрашиваясь на встречную серию. Если я не врежу как следует, он поймет, что я поддаюсь. Если врежу, то вырублю Пушкина, и он станет просить «реванша после реванша». Непростой выбор.
Который разрешил тренер, грубо растолкав нас в стороны, как пьянчуг в кабачной драке.
— Раунд, раунд! Все, кончили! Вы мне тут еще уличный мордобой устройте, — завопил он, остужая наш пыл.
Потом мы встали по обе стороны от тренера, и он поднял руку Сергея Пушкина.
— Молодец, курсант, хорошо себя показал! Прешь вперед, словно танк. Только осторожности не хватает. Приходи на мою секцию после занятий, всему научим, — сказал пузатый мужик и расплылся в улыбке.
Пушкин радостно сказал, что придет да извинился передо мной за то, что якобы «слишком сильно помял».
Я тоже был счастлив такому исходу. Никогда не думал, что буду радоваться своему поражению. Но психическое здоровье дороже, так что пусть товарищ как следует насладится победой.
— Ты еще ни разу не выходил в город? — спросил меня Пушкин, когда шли по территории центра после спарринга.
— Нет, а зачем? — бросил в ответ, щурясь от яркого летнего солнца.
— Хех, ты даешь! В кафе посидеть, обстановку сменить, ну и девушки тоже там… это самое, — расплылся в улыбке друг, наверняка мысленно продолжая праздновать свою победу.
Знаю я твои «девушки это самое», в прошлый раз связался со стервами. Хотя, в целом, Сергей мыслит верно.
Что это мы все сидим взаперти? Тренировки отнимают время и силы, дни сливаются воедино. Иногда забываешь, что ты вообще живой человек. Но в рутину погружаться тоже не стоит.
Здесь, кажется, есть возможность покидать территорию. Это не закрытый объект, где содержат невольников. Надо узнать все подробности и воспользоваться законным правом.
— Вот и славно, дружище, — оживился Пушкин, когда я это сказал. — Тогда вместе сходим на выходных. Я как раз еще деньжат заработаю.
— Как? — насторожился я. Не слышал, что в центре можно получать деньги. Если ты не охотишься на монстров, конечно.
Пушкин гордо пояснил, что немного подрабатывает кладовщиком после занятий и помогает мастеру артефактору. Платят не слишком много, но на увольнение в город будет достаточно. Да и долг он мне вернет уже скоро. О котором я, кстати, почти забыл.
— Послушай, о долге можешь не беспокоиться. Я могу подождать сколько надо, — сказал в ответ, успокаивая приятеля.
— Да? Тогда хорошо, — ответил Пушкин и вдруг замер на месте, тараща глаза.
Неужели опять какая-то чертовщина? Может хватит с меня приключений?
Я посмотрел туда же, куда и Пушкин, но ничего не заметил. Разве что группа Подмастерий шла вдоль столовой.
— Не понял, что происходит? — настороженно спросил Сергея.
— Совсем забыл. У меня проблемы, — простодушно пожаловался он.
— Только не говори, что реванша тебе недостаточно, и ты будешь снова меня доставать, — в шутку, но с долей правды, выпалил я.
— Не в том дело, Александр. Я денег должен. И много, — выдохнул парень, резко меняясь в лице.
