— Да чтоб тебя, — прошипел я, понимая, что спокойно сходить в портал у нас не получится.
Тем временем, ратники сократили дистанцию. А самый рослый из них поправил пышные черные волосы и повел бровью. Если так, то здоровяк чем-то похож на Сергея. Интересно.
— Эй, вы двое, подойдите сюда, — небрежно бросил брюнет, глядя на нас свысока во всех смыслах слова.
Пушкин хотел что-то сказать, но получил локтем под дых и закашлялся. Да простит меня Сергей, но он уже достаточно наболтал.
— Господа, у нас нет времени для общения с теми, кто не обучен благородным манерам, — холодно отчеканил я, давая понять… многое этим выскочкам.
Задача: заткнуть их словами и отправиться в разлом. Не хватало еще тратить хаос на глупые междоусобицы.
— Мы получили прекрасное воспитание, в отличие от твоего нерадивого друга, — продолжил напирать брюнет.
— Ты как разговариваешь с воинами клинка? Еще одно слово, и я отрежу твой наглый язык, — напала на меня девчонка с желтыми волосами и розовой прядью над ухом.
Что за заносчивая неформалка? Мне она как-то не нравится. Хотя, на вид весьма ничего: имеет красивую грудь и аппетитные бедра, плюс еще тонкая талия, притягивающая взгляды парней. Плечи, правда, немного широкие, но это не самое страшное.
Все же она сражается с монстрами, а не ходит по спортзалам для благородных, где светские дамы качают только «определенные» мышцы.
— Давай без угроз, госпожа. Устроим разборки как-нибудь в другой раз. При свечах, за бутылочкой игристого, — перевел ее слова в шутку, чтобы избежать столкновения.
Я мог бы ответить и жестче. Чего там, вызвать каждого ратника на дуэль по отдельности, и решить все вопросы, как полагается. Но, еще раз, мне это просто не выгодно.
— Она тебе не праздная девка, чтобы с ней так разговаривать! — подал голос второй парень из этой команды.
— Тихо, Артем, я сама разберусь, — окрысилась на него дамочка с розовой прядью. — Иди сюда, малахольный. Сейчас ты ответишь за свою шутку. Что испугался? Не бойся, я просто разобью твое лицо, чтобы не открывал его лишний раз.
Вторая часть фразы была обращена ко мне. Прямые угрозы и оскорбления, так еще клевета. Розовая выставила ситуацию так, будто я подшутил над ней без причины. Это уже слишком даже для моего ангельского терпения. Но все же не хочу быть зачинщиком драки.
— Хватит стоять, давай им уже наваляем! — взвился Пушкин, идя на четверку ратников.
Ну вот, мне не пришлось быть агрессором. Не думал, что это скажу, но в кои-то веки: Пушкин сказал все верно.
Я пошел вместе с другом, решив больше его не осаживать. Мы встали напротив четверки и принялись сверлить ее взглядом, давая понять, что ратники не на тех нарвались.
— Что будем делать, господа? — сухо спросила рыжеватая девушка, которая, судя по выражению лица, была тут самая рассудительная. — У нас скоро разлом. Нельзя терять время на этих… молодых учеников.
— Мы — контрактники! — гордо заявил Пушкин.
— И мы с вами заодно, просто твои друзья это не понимают, — добавил я.
— Ничего не делать. Я вызываю на дуэль этого нервного крикуна, который пялился на меня, а потом еще посмел огрызаться, — сказал брюнет, небрежно указывая на Пушкина.
— Чего? Это я тебя вызываю! Назначай время, подлец. Ты первый меня оскорбил и вообще… — начал Сергей, но брюнет его перебил.
Он четко назначил время и место. Сегодня на закате после окончания всех дел, на специальном дуэльном поле возле вокзала.
Как потом выяснилось, тут много таких полей. Истребители монстров — горячий народ, видно, часто любят выяснять отношения.
— И да, если захочешь извиниться, я ничего. Люблю дерзких, как ты. Сам таким раньше был, — снисходительно бросил брюнет, усмехаясь в лицо Сергею.
— Вот мои извинения! — выпалил Пушкин и сделал так, что под ногами противника хлопнула магия, заставив его отступить.
Легкое применения дара против своего оппонента — знак, что спор нельзя решить миром, и переговоры окончены. Раньше били пощечину или бросали перчатку. Но магия сделала данный жест более благородным.
Брюнет лишь махнул и тихо рассмеялся, закрыв рот рукой.
— Ты сам решил, школьник. У меня все, — сказал он, стараясь говорить спокойно, но нервозность в голосе все равно ощущалась.
Я кивнул головой, не сводя с оппонентов взгляд. Что ж, встретимся вечером. Раз они решили идти до конца, это их право.
Стало ясно, что пора расходиться. Но тут девчонка с розовой прядью остановила своих друзей.
— Погодите, господа! А как насчет этого выскочки? Ты! Будешь передо мной извиняться или нет? — дерзко выпалила ратница, пытаясь давить… не знаю, чем именно. Но на неопытных бойцов это обычно действует.
— Я уже все сказал насчет вас, госпожа. Какое шампанское предпочитает строптивая леди? — ответил, включив мамкиного ловеласа. В данной ситуации лучше так.
Она ждет от меня прямой агрессии. А такой хитрый ход может выбить из колеи наглую дамочку.
— Я его уничтожу прям тут! — крикнул второй парень. Очевидно, он не равнодушен к «розовой пряди», но покорить такую крепость ему не под силу.
