— Нет, я так скоро загнусь. На одних ягодах да грибах не протянешь. Был бы ты нормальным помощником, нашел бы мне дичь. Какую-нибудь мясную свинью, которую можно есть две недели. А так, я чувствую себя чертовым вегетарианцем. Только вегетарианцы не наматывают столько километров пешком, — ворчал Сергей, продвигаясь вперед.
Хомяк преследовал парня по своему обыкновению и был не слишком доволен такой ворчливостью. Зверек что-то пропищал в ответ, как бы говоря, что Пушкин ему надоел.
— Что? Да ты показывал монстров, но все они были не съедобными, — ответил Пушкин.
— Что значит, не тех монстров? Я убивал не тех монстров? Каких ты мне показывал, таких я и убивал, — отмахнулся ратник, хлопая себя по поясу, на котором больше ничего не было.
Гранаты, артефакты, патроны. Все давно кончилось. Пушкин мог рассчитывать на свой меч и обычную магию. Последняя в этом мире пополнялась не быстро. Значит, скорей всего, только на меч. А одним мечом много не навоюешь.
Хомяк снова издал недовольный писк, как бы ругая нерадивого человека.
— Чего блин? Ты сам убьешь монстра и покажешь мне, как надо? Пфф, ну попробуй! Посмотрим, как ты с этим справишься! — рассмеялся Сергей, расшифровав сообщение своего фамильяра.
Кажется, серый пухляш решил сам уничтожить чудовище, показав ратнику, как именно надо добывать мясо в лесу.
Хомяки, пусть даже довольно крупные, не славятся своими охотничьими навыками. Сергей стал подшучивать над своим новым другом, справедливо отмечая, что тот умеет поднять настроение.
— Аха-ха и как ты будешь убивать монстра? Дай подумаю, защекочешь его до смерти своими маленькими милыми лапками? А может вызовешь у него аллергию на шесть? Хотя стоп, у тебя довольно длинные зубы. Но они предназначены для того, чтобы грызть, не кусать. Это разные вещи! — говорил Пушкин, не обращая внимание на писк фамильяра, который, кстати, воспринял вызов серьезно.
В какой-то момент, хомяк встал на ветке на задние лапки и прям побил себя лапой в грудь. Мол, сейчас я тебе покажу, жалкий двуногий.
— Ну не знаю, если ты действительно убьешь монстра, я буду слушаться тебя по всем и называть своим повелителем ха-хах, — весело бросил Пушкин, вспоминая, что не веселился так с момента попадания в этот мир.
Хомяк злобно сверкнул глазками и как бы заявил: ща все будет. Потом он быстро куда-то сбежал.
Сергей остался один посреди поляны и немного напрягся. Парню показалось, что фамильяр просто его покинул. И зачем он только его подкалывал? Хомяк по идее не должен охотиться, для него это нормально.
Внезапно в кустах послышался взрыв, точнее громкий хлопок. А в воздух поднялся небольшой столб дыма. Пушкин обнажил меч, чувствуя нечто неладное, и бросился в чащу леса.
Рывком преодолел полоску кустов и зарубил крупную ящерицу, которая упала на него с дерева. Потом сделал еще пару шагов и обомлел от увиденного.
На лесной подстилке лежала туша животного. Синеватая массивная тварь, с виду не ядовитая и вполне себе мясная. У нее разбита голова, с которой идет дым.
Монстр на подает признаков жизни, скорей всего, убит недавним хлопком. Сверху на твари сидит хомяк, который гордо выпячивает грудь и смотрит на человека, как на жалкое насекомое.
Глаза Пушкина лезут на лоб. Парень сам чуть не умирает, как монстр, только уже от шока.
— Не понял, это ты что ли сделал? — спрашивает Пушкин, с трудом двигая онемевшей челюстью.
— Угу! — довольно кивает хомяк.
— Да ну на… Но даже если и так… Надеюсь, он хотя бы съедобный? — спрашивает с надеждой в голосе, понимая, что как бы там ни было, ему срочно нужно поесть мяса.
— Угу! — снова кивает хомяк. Потом начинает хмуриться и грозно пищать.
— Что? Я не буду называть тебя моим господином. Технически, ничего не доказано. Покажи, как ты убил монстра, иначе я тебе не поверю.
Хомяк дуется и рычит, но Пушкин стоит на своем. В итоге, ратник решает просто поесть, а потом уже во всем разобраться.
— Если ты докажешь, что сам убил тварь, я выполню свою часть уговора. Для меня это дело чести, я дворянин! — закончил спор воин и подошел к монстру, думая, как лучше его разделать.
Институт изучения магии. Город Стародубск.
Я смотрел на профессора какое-то время, не понимая, как реагировать. В теле парня все это время спал дар сравнимый с мощью Архимага.
Я смог его применить, и теперь могу быстро возвыситься. Больше никаких школьных парт и «коротких штанишек». Мне не придется тратить десятилетия на медленное развитие.
Есть только один нюанс. Сияние для меня смертельно опасно. Или нет?
Задаю уточняющие вопросы, надеясь, что профессор специально все приукрасил или преувеличил. Он мог не так выразиться, а я мог не так его понять.
Но нет, Орлов три раза подтвердил мне, что это не шутки.
— Молодой человек, если бы все было нормально, вас бы не держали здесь, под постоянным наблюдением. Прошу, примите мои слова, как данность. Вам категорически нельзя пользоваться этой силой, — немного напрягаясь пояснил научный деятель, когда я засыпал его вопросами.
