Роджер всё же поднял голову и увидел взрыв. Но больше всего Роджера удивило то, как часть машины, отброшенная взрывом в сторону Лолы, вдруг резко свернула в сторону, и ещё больше набрав высоту, сделав над полем эффектный круг, оставляя за собой густой черный дымный хвост, наконец, свалилась, ударившись о придорожные камни.
Всё затихло. Только гулко гудело пламя над горящими останками машины. Лола вздохнула, повернулась к пламени спиной, и устало села на землю. Дик, поднялся, тихо подошёл и сев рядом с женой, осторожно обнял её за плечи. Лола положила голову ему на плечо.
– Дик, вызывает Командующий. Ответь.
– Дик слушает, – ответил он нехотя.
– Привет.… Слушай, Дик, мне сообщили, что всё в порядке. Почему тогда у вас пахнет палёным?
– Это Лола, – вздохнул Дик.
– Ага, понятно. Больше никто не пострадал?
Лола зло подняла голову.
– Пока что нет, – ответил Дик, тоже начиная злиться.
– Ладно, ладно, успокойтесь – всё в порядке. Слушайте – вы просто молодцы. Вы… Вы всё же сделали это. Это было просто потрясающе, и все это видели…
– Как дела на фронте? – перебил его Дик.
– Они остановили все военные действия и попросили о начале мирных переговоров, – сообщил Командующий. – Они уже приняли все наши предварительные условия – возврат к прежним границам и введение общей конституции на основе нашей. Они…
– Понятно. Вы получили список их агентов?
– Да, Дик, но по нашим законам это надо ещё доказать…
– Тоже понятно, – опять прервал его Дик. А теперь прошу вас, оставьте нас в покое. В конце концов, мы заслужили отпуск.
– Конечно, Дик, но,…но Орфей просил передать – он приглашает тебя на похороны друга.
– Хорошо, – ответил Дик, – я сейчас с ним свяжусь.
– Ладно, Дик, оставляю вас. У меня сейчас новая забота – переговоры. Вы своё дело уже сделали – война закончена. Этот ваш бой был действительно последним боем. Всё, увидимся позже.
– Сволочи, – прокомментировала Лола.
Дик поднял голову и позвал:
– Орфей!
– Да, Дик, – ответил Орфей.
– Я слышал, что у тебя печальное событие.
– Да. Он покончил с собой.
– Кстати, ты знаешь? – Его имя есть в списке агентов.
– Правда?
– Да, Орфей, и я думаю – может быть, его замучила совесть?
– Не сомневаюсь…
– Кстати, он долго мучился?
Орфей вздохнул:
– Да как сказать…
– Понятно, но может быть найдется совесть и у остальных членов этого списка?
– Я в этом уверен, Дик.
– Ну тогда я считаю, что ты тоже имеешь право ознакомиться с этим списком, и…
– Хорошо, хорошо. Я весь во внимании.
Дик достал из нагрудного кармана лист и развернул.
– Одну минуту, Дик. И можно чуть – чуть левее?
– Да, конечно.
– … Спасибо, Дик.
Стив сидел в своей комнате.
Он опять смотрел на это серое окно и это серое небо простыми серыми глазами. Утешал и внушал надежду только лист бумаги, лежащий на подоконнике.
Стив знал – даже если он потеряет этот лист, его Мастер сделал так, что со временем, он всё равно вспомнит…
Он обязательно вспомнит…
Забытые глаза,
Закрытые слова,
Убитые мечты,
Ослепшие цветы.
– Помогите! Помогите мне, вы же обещали! Я… я больше не могу. Вы же обещали… помогите… обещали… вы… вы…
Поздравляю, – подумал он, – я ещё жив и даже обещал помочь.
Он только что пришёл в себя, лежа в большой больничной палате, среди десятка несчастных.
– Вы… вы…, – твердил ближайший, глядя ему прямо в глаза. – Вы обещали…
Санитар, закончив фиксирование к койке одного из больных, лежавшего возле дверей, поднял голову, настороженно посмотрев на просящего.
– Обещали… обещали… вы… вы… Прошу вас.
Санитар подошел, проверив, насколько хорошо привязаны к койке руки и ноги просящего, затем, повернувшись, спросил:
– Как вы себя чувствуете?
– Спасибо, – ответил он, – кажется всё в порядке.
Санитар внимательно посмотрел ему в глаза.
– Вы не могли бы меня развязать? – спросил он.
– Поздравляю с возвращением, – ответил санитар, снимая крепления с его рук и ног.
– Помогите… вы… вы… – продолжал твердить лежавший напротив.
– Кто это? – спросил он санитара. – И почему он просит помочь именно меня? Я действительно что – то обещал?
Санитар замер, еще раз внимательно посмотрев ему в глаза.
– Вы уверены? – спросил санитар.
– Послушайте! Я только что очнулся в этой палате, чувствую себя очень хорошо. Я только спросил вас – почему этот несчастный, считает меня способным ему помочь? Ведь я сам…
– Ну, ну, продолжайте, – подбодрил его санитар.
– Я… я… – Он вынужден был остановиться. Он не помнил – кто он. Он ничего не помнил.
– Простите, – обратился он к санитару, – вы случайно не подскажете – кто я?
Санитар снял белый колпак, опустил глаза, и сильно смущаясь, ответил:
– Я знаю кто вы, но… но я не должен говорить. Иначе вы можете снова сойти с ума. Простите меня, но это, вы должны вспомнить сами. Пойдемте со мной, вам здесь уже… Это для вас уже пройденный этап. Вы справились. В отличие от них, – санитар оглянулся, – смогли вернуться. Я уверен, вы справитесь со всем, что вам ещё предстоит, но сейчас…
Я должен позвать врача.
