– О голубая лилия! – простонала толпа.
– Слушая, ушам своим не верю! – вдруг громко воскликнула, перекрывая шум, старая Унгхыр. – Неужели с тех пор, как погибли молодые женщины, что в поход за голубой лилией отправились, перевелись храбрые среди нивхинок? А если молодые не знают дорогу, почему не подсказал им ты, Ючин? Неужели забыл? Но я говорю: напрасно ты вместе со всеми повторяешь глупые слова, будто навсегда отцвела голубая лилия!
Толпа замерла, будто лишившись дыхания. Володя понял, что Унгхыр знает этого шамана.
А тот опустил бубен на землю и подошел к Унгхыр:
– Что такое ты говоришь, женщина-оборотень?
– Я не оборотень, Ючин, – ответила Унгхыр. – Чего ты меня боишься? Ты человек – и я тоже человек.
– Тогда откуда знаешь старые имена? Да, меня звали когда-то Ючин, храбрый охотник Ючин. Но кто теперь то имя помнит? Зовут меня теперь Чернонд.
