Полные, с нежным контуром, чувственным изгибом – идеальные. Их цвет был насыщенным, с легким блеском, который играл на свету.Каждый раз, когда он говорил, губы чуть раскрывались, обнажая белозубую улыбку.
– Ты на меня пялишься, веснушка? –без малейшего смущения улыбнулся он, словно наслаждаясь моим возрастающим интересом.
–А ты мог бы сделать вид, что не замечаешь, прояви хоть немного такта, – возмутилась я, вернув внимание сигарете. Вторая затяжка вызвала меньше кашля. Я делала успехи. –И не отвлекайся, ты рассказывал историю о разрыве. Помолвка. Что произошло?
–Нора, она… – он нахмурился, погружаясь в неприятные мысли, – мы знакомы с детства, наши семьи дружат, и нас почти сосватали с пеленок. Сначала я не был против – если уж связывать себя с кем-то, то с Норой. Она хотя бы не возражала…
– Против чего?
– Против моих странностей, –с многозначительным ухмылкой отметил Алекс, пристально изучая мое лицо в ответ на наглое разглядывание.
– Мне стоит уточнять что за странности?
Он поджал губы, задумчиво опуская взгляд, затем рассмеялся и покачал головой.
– Ты не захочешь знать.
– Удиви меня.
Он медленно поднес сигарету к губам, искорка зажженного огня на кончике мягко осветила его лицо. Каждый вдох приносил ему мгновение спокойствия, каждый выдох – легкое ощущение освобождения. Он закрыл глаза, позволяя себе погрузиться в свои мысли, а потом заговорил:
– С чего начать-то…В детстве я ужасно заикался. Не вылезал от логопедов. До сих пор иногда проявляется, когда нервничаю. Особенно с красивыми девушками,– на этих словах он с улыбкой оглядел меня.
Я же насупила нос.
– Сейчас ты не заикаешься, – заметила я.
«Я что, не красивая?» – хотела добавить, но видимо недостаточно выкурила, и не решилась.
Алекс показал сигарету, объясняя ею свою храбрость рядом со мной.
–Нора с детства была единственной, кто не насмехался над этой особенностью.
– Но это не повод жениться.
–У меня на фоне этого проявились признаки ОКР, приступы агрессии, жестокости, которые трудно контролировать.
– С кем не бывает, все могут психануть,– пожала я плечами, улыбаясь. Знала, что травка искажает реакцию на его серьезное откровение.
– Меня много раз задерживали, подростком я был… не подарком.
– А кто им был? Знал бы ты какой я была несносной в четырнадцать! Главное, найти способ выплеснуть гнев.
–Я нашел… своеобразный способ…
Наши взгляды пересеклись. Я выдержала его красноречивый опаляющий взгляд от которого все волоски на теле встали дыбом.
