Последний. Дети вампира полностью

Чтобы придать форму плоской груди за глухой ворот платья добавили ваты. Рой долго рассматривал свое отражение в зеркале, перед тем как разрешить себя красить. Он был готов признать, что выглядит мило. Если бы только не приходилось в этом куда — то идти.

— Маус, я ведь все еще могу отказаться! Ты же понимаешь это, верно? Полагаю, будет честно, если семьдесят процентов дохода от этой миссии достанутся мне.

Маус только фыркнул, заметив в ответ:

— Зато тебе будет удобно спрятать оружие под этими пышными юбками. И тебя постесняются обыскивать.

— Если найдется самоубийца, который решит меня обыскать… — Побагровел Рой, сжимая кулаки. Его остановила Данель, мазнувшая кисточкой по его носу:

— Я закончила с румянами. Теперь попробую чары. Ты должен мне помочь. Вспомни какую-нибудь девушку, на которую хотел бы походить внешне. Магия перевоплощения не сработает, если ты сам не этого не захочешь. Когда я начну читать вслух заклинание, ты должен представить ее как можно ярче. Все понятно?

— Предельно, — Рой щелчком пальцев убрал со своего носа пахнущую сладкой пудрой кисточку и попытался сосредоточиться. Данель, может, и талантливая магичка, когда дело касается барьеров, но вот с остальным у нее как — то не очень. Не хотелось бы, превратиться в уродину, благодаря ей, и, предъявив претензии, услышать: «Ты не старался во время заклинания, злился, вот и получилось, что получилось!»

Поймать знакомый женский образ? Легче сказать, чем сделать. Не так много в жизни у него было знакомых женщин, чтобы запросто восстановить в памяти чьи — то черты. Стоило немного подумать, и словно яркая вспышка, в голове возник образ Рицеллы. Очевидно, не получилось у Роя ее забыть.

— Рой, вот это да! — Голос Мауса привел его в чувство. Бесформенные блестящие пятна, мелькавшие до этого перед глазами, превратились в небо, траву, деревья.

Рой со стоном схватился за голову. Взгляд Мауса, обращенный в его сторону, заметно похолодел:

— Поздравляю, выглядишь прилично. Хотя я надеялся, что ты умнее, и уже выкинул эту аферистку из головы.

Данель смотрела на него во все глаза:

— Надо же, даже парик перекрасился!

Рой нетерпеливо схватился за карманное зеркальце, протянутое Данель, и ахнул. На него смотрели голубые глаза… Любимые глаза цвета недостижимого летнего небосвода. Да, всего лишь одна мысль о Рицелле превратила его в ее копию. Самое забавное, что его короткие волосы и шиньон полностью перекрасились в золотисто — медовый цвет.

Данель немного помрачнела:

— Что это за красавица? Твоя сестра, подруга… возлюбленная?

Рой закатил глаза:

— Да какая разница!

— Это Рицелла Бритин, его бывшая пассия. — Совершенно не стесняясь смущения напарника, Маус выдал его страшный секрет.

— Ах, вот как! Такая красивая. Гораздо симпатичнее меня. Теперь я понимаю, почему мне трудно заинтересовать Роя. А ведь мы видим лишь магическую копию. Наверное, в реальности у нее нежная кожа, высокая грудь и тонкая талия… — Данель всегда говорила то, что думала. И разве художник не обязан быть честным, хотя бы с самим собой?

— Я хотела сказать, что было бы здорово нарисовать ее портрет. — Застенчиво продолжила она. — Если б Рой находился в этом образе чуть дольше, а нашу миссию можно было бы отложить…

— Вашу миссию отложить нельзя, — развеял ее фантазии недовольный Маус. — Так что переодевайся, и отправляйтесь в путь. Будет лучше, если при свете дня вы пройдете по висячему мосту. Я буду ждать вас здесь. Если что — то случится, Рой мысленно свяжется со мной, и я приду. С другой стороны, это ваше первое общее дело — разоблачить этого Ладисласа…

— Погоди — ка, Маус, я же уже говорила, что красавец — бард никак не связан с вампирами и не имеет отношения к исчезновению полукровок! — Нахмурилась Данель, в который раз за сегодняшний день, вставая на защиту своего кумира.

— Отлично, тогда найдите доказательства, что эта певчая пташка не причем, — с этими словами Маус скрылся в трейлере. — Меня устроит любой результат.

Данель обиженно шмыгнула носом. Кажется, ее мнением в их маленькой компании никто не интересовался. Девушка посмотрела на Роя, в надежде на поддержку, но тот задумался о чем — то своем. Точнее, госпожа Рицелла Бритин задумалась.

— Рой, так ты и, правда, любил ее? Что с ней произошло? Погибла, полюбила другого? — Слова вырвались сами собой. Данель не понимала, зачем интересуется, если даже вопрос причиняет ей боль.

— Она просто была замужем, когда мы познакомились. И жизнь ее вполне устраивала. Поэтому пришлось расстаться. — Грустно улыбнулся Рой. И как ни странно, после этого признания часть его тоски по Рицелле куда — то ушла.

Данель вздохнула, собрала сумочку с косметикой и необходимыми для магии травами, и пошла переодеваться.

В конечном счете, самое красивое платье она оставила для себя. Шелковое, бледно — зеленое, с рукавами в виде фонариков и шнуровкой на спине. Она не собиралась проигрывать этой златокудрой красотке, которую раньше любил Рой, и до сих пор не мог забыть.