Он слышал крики сзади, но не обращал на них внимания. Он бежал и бежал. Дыхание со свистом вырывалось из легких. Длинные полосы света приближались. Он прыжком перелетел ступени, пронесся мимо трона Скарлинга, все быстрее и быстрее. Правая нога оттолкнулась от досок настила, левая уперлась в камень подоконника. Логен из последних сил подпрыгнул и взлетел в пустоту, ощутил краткий миг свободы.
А потом начал падать. Быстро. Мимо проносились стены замка и отвесные утесы: серый камень, зеленый мох, клочки белого снега. Все вертелось и кружилось.
Он перевернулся в воздухе, бесцельно молотя руками и ногами, слишком испуганный, чтобы кричать. Ветер хлестал в глаза, рвал одежду, мешал дышать. Он это выбрал? Сейчас, когда он падал в реку, выбор не казался таким уж разумным. Хочешь сказать о Логене Девятипалом — скажи…
Вода поднялась навстречу Логену. Она ударила его в бок, словно нападающий бык, выбила воздух из легких, сознание из головы и втянула в себя, вниз, в холодную тьму.
Верная четверка:
Брен Аберкромби, чьи глаза болели, читая это,
Ник Аберкромби, чьи уши болели, слушая про это,
Роб Аберкромби, чьи пальцы болели, переворачивая страницы,
Лу Аберкромби, чьи руки болели, поддерживая меня.
И все те в Допросном доме, кто принимал участие в инквизиции, но особенно:
наставник Спэнтон, практик Уир и, конечно же, инквизитор Редферн.
Уберите инструменты.
Я сознаюсь.
