На пути домой Тенньел заметил, что Йондалран необычно молчалив, и молчание это было не таким, как на пути к топям. Старик молчал так, как будто ему было стыдно.
В центре поляны, окруженной аккуратно подстриженным кустарником, стоял человек в одежде жителя Северного Предела, крепко привязанный за руки к стволу молодого дерева. Эта поляна, удаленная от центральных аллей Надлесья, предназначалась для тех, кто искал одиночества и покоя.
Виллен, однако, не был настроен мирно. Он покинул дерево над сценой весьма довольный собой. Он произнес слова ультиматума ясно и прямо и догадывался, что произвел впечатление. Он был настолько поглощен воспоминаниями о том, как справился со своей задачей, что забыл об обычной осторожности. На него набросили сеть, связали и притащили на поляну, где он простоял уже несколько часов. Давно настал полдень.
— Я еще раз вам говорю, — сказал он своему стражу, — я посланник жителей севера! Из-за того, что вы меня здесь держите, случится большая беда! Если я вскорости не вернусь, мой спутник отправится с вестью о том, что меня задержали!
Стражник, один из личных слуг принцессы Эвирайи, только пожал плечами. Выбранный за похвальное умение исполнять приказы без размышлений, он не обращал никакого внимания на мольбы пленника. Мезор и принцесса хотели, чтобы охотника задержали, и это было сделано. Теперь можно сидеть и лениво играть с обломками коры, ожидая новых распоряжений.
Стражник не догадывался о том, что его покой скоро будет нарушен. Пленник тоже играл в свою игру с деревом. С тех самых пор, как его скрутили, Виллен упорно тер о ствол дерева веревки, опутавшие запястья. Теперь, несколько часов спустя, веревки стали достаточно тонкими, чтобы порвать их одним усилием. Стражник осознал, что случилось, только когда Виллен разорвал свои путы и бросился в кусты.
Слуга принцессы соображал медленно, но бегал весьма проворно. Он догнал пленника, сбил его с ног, и они, сцепившись, покатились по траве, пиная и лягая друг друга. У слуги было преимущество в весе, и охотник скоро оказался прижатым к земле. Стражник уже замахнулся, чтобы ударить пленника что было сил, когда оба услышали шум и обернулись. То, что они увидели, заставило их застыть в нелепой позе дерущихся.
— Освободите этого человека! — приказала принцесса Эвирайя, появившись из лесных зарослей верхом на красивой пегой лошади. Виллену, лежащему на земле, ее высокая прическа показалась выше крон деревьев. Волосы принцессы были украшены драгоценностями, а маленькие колокольчики, вплетенные в косы, откликались на ее движение мелодичным звоном. На ней было желтое платье для верховой езды с длинными рукавами, подвязанными лентами так, чтобы не мешать скачке через лес.
Следом за принцессой ехал верхом мужчина, которого Виллен видел рядом с ней на церемонии. Это был Мезор, главный советник Эвирайи. Они приблизились настолько, что копыта едва не задели лежащих на земле мужчин. Эвирайя исполненным достоинства жестом вытянула палец с длинным ногтем в сторону стражника:
— Как ты смеешь так обращаться с посланником севера?
Слуга с трудом поднялся на ноги.
— Прошу прощения, миледи… Но я сделал, как вы сами…
— Молчать! — выкрикнула Эвирайя. Ее конь попятился и фыркнул, когда она натянула поводья, придавая больший эффект своим словам. На губах наблюдавшего за этой сценой советника мелькнула улыбка.
— С тобой мы разберемся позже, — сказала принцесса слуге, — возвращайся в Надлесье и жди моих приказаний!
Стражник кивнул и исчез из виду. Эвирайя наклонила голову и улыбнулась Виллену, который лежал, распростертый на земле под ногами ее лошади.
— Мезор, — сказала она, — помоги нашему гостю встать и устрой его поудобнее.
Советник спешился, помог Виллену подняться и стряхнул пыль и мелкие веточки с его туники, спросил у охотника, как его зовут, и шепнул что-то принцессе. Эвирайя спешилась и протянула Виллену руку. Охотник взял ее ладонь с опаской, ибо слышал истории о том, что принцесса красит длинные ногти отравленной краской, хотя, столкнувшись наяву с красотой Эвирайи, он сразу решил, что это все вымысел.
— Виллен, прошу вас принять мои извинения, — сказала она голосом, звучащим чище самой первой песни птиц после дождя. — Кто мог подумать, что этот дурень попытается задержать вас силой. Я только просила его передать вам, чтобы вы дождались меня здесь, в этом укромном уголке. Я хотела поговорить с вами, Виллен, охотник севера, о срочном государственном деле.
Северянин ничего не знал о делах Надлесья. Красота этой женщины затронула его сердце. Он увидел в ней трогательную беспомощность и почувствовал, что ей нужна его помощь и защита. В то же время он отчетливо осознавал, что его манеры оставляют желать лучшего и он совсем не знает дворцового этикета. Принцесса изящно — трудно было бы представить ее делающей что бы то ни было неизящно — подвела его к тени молодого деревца. Там они сели на коврик, заботливо расстеленный Мезором, который затем удалился к лошадям.
