– Это просто моя работа, – буркнул я. Должен признаться, меня немного задело то, что Рита так разволновалась при одной мысли о Роберте Чейзе. – На самом-то деле там еще один парень снимается. Комик, Ренни Бодро.
– Да, он очень неплох, – с серьезным видом кивнула Рита. – Только злоупотребляет словами вроде… Ты что, и с ним тоже познакомился?
– Ага, – подтвердил я. – И в субботу вечером он устраивает здесь бенефис. И капитан хочет, чтобы я там был.
–
– Он считает, что это положительно скажется на образе управления, – объяснил я. – Вроде как копы и звезды работают рука об руку. Поэтому у меня два билета…
– Ох, божемой, божемой, БОЖЕМОЙ! – восхитилась Рита. – Нет, правда? О, Декстер, божетымой! Это потрясающе! Только я ведь могу и не найти до субботы, кому посидеть с детьми…
Потребовалось еще пять минут, чтобы успокоить Риту и добиться от нее осознанного согласия встретиться со мной в полвосьмого вечера в субботу в фойе театра Гусмана, и за это время я все больше мечтал о мохито. Странно: я ведь никогда не питал особенного интереса к спиртному и вряд ли стал алкоголиком за один-единственный вечер – во всяком случае таким, которого трясет, если до пяти вечера он не получит положенной дозы. Но я почти ощущал во рту вкус прохладного напитка, почти воочию видел Джекки, глядящую на меня поверх ободка запотевшего стакана с насмешкой в огромных фиолетовых глазах… В общем, затянувшийся речитатив Риты все больше меня раздражал.
А затягивался он все дольше. Она спрашивала – как я вообще могу вообразить, что она появится в одном помещении с кем-то вроде Джекки Форрест, заходилась в восхищении перед Робертом, отпускала не до конца связные комплименты Ренни (типа того, каким умным он кажется, хотя и злоупотребляет словами, которые не положено произносить). Потом Рита едва не впала в паралич, вспомнив, что ей нечего надеть ради такого случая – хотя я-то отлично знал: ее гардероб с трудом закрывается от обилия одежды…
Я и не догадывался, что Рите вообще известно про жизнь телезвезд, что ее как сопливую школьницу взволнует перспектива познакомиться с Робертом Чейзом и увидеть Джекки Форрест в вечернем платье. Конечно, я почти каждый вечер сижу на диване рядом с Ритой, и мы вместе смотрим телек – но странно видеть, как она едва не задыхается от счастья из-за перспективы побывать на концерте Ренни и подышать одним воздухом с Робертом Чейзом! С этой стороны я ее еще не знал и не был уверен, что хотел бы узнать.
Однако, к счастью, даже Рите иногда нужно дышать, поэтому когда она наконец сделала перерыв для вдоха, я решительно встрял в ее монолог:
– Рита, мне нужно ехать на работу. Так ты придешь в субботу?
– Ну конечно, приду… хотя мне нужно найти что надеть, и… может, дочка Нэнси, Терри? Только она же репетирует для карнавала, и я не знаю…
– Тебе вовсе не обязательно разряжаться в пух и прах, – заметил я. – Я вот, например, даже без галстука приду.
– Декстер, я побываю на телесъемках! С Джекки Форрест! Конечно, мне нужно надеть нечто особенное… Ох, право же, ты ведь в этом ничего не понимаешь… Может, я еще влезу в то платье из Ки-Уэст? Ну, помнишь, ты еще говорил, что оно похоже на ночную сорочку?
– Отлично, – сказал я. – Значит, встречаемся в вестибюле в полвосьмого.
– Да, конечно, – кивнула жена. – Но я ведь еще не знаю…
Я нагнулся и чмокнул ее в щеку:
– Пока. Увидимся в субботу.
Она поцеловала меня в ответ, и я повернулся, чтобы наконец уйти.
– Декстер, – окликнула меня Рита, и я со вздохом обернулся.
Она открыла рот, но почему-то ничего не сказала. Долгую секунду она молчала, только смотрела на меня, и я даже удивился, что это так быстро вывело ее из восторженного состояния. Я уже собрался было заговорить первым, но тут она подала голос:
– Я только… у тебя чистая одежда-то есть?
– И носки, и белье, – ответил я.
– А приличная рубашка ради такого случая?
– Есть, – кивнул я, озадаченный такой переменой темы. – Хорошая, гуаябера.
– Ну, я просто… – Рита взмахнула рукой, словно птица с подбитым крылом, посмотрела на Коди и снова на меня. – Я по тебе соскучилась. Мы все соскучились.
– Я тоже, – добавил Коди, по обыкновению чуть слышно.
Я уставился на них с удивлением, граничащим с потрясением. И не только от того, что моя не расточительная на комплименты Рита открытым текстом сказала, что скучает по мне. Меня потрясло то, что она вообще может по мне скучать. А еще и Коди? Почему? Я очень хорошо знаю, кто я такой – хотя, надеюсь, никому другому это не известно – и то, что я не подарок, если только кто-то не испытывает восхищения моими способностями к вивисекции. Но чтобы по мне соскучились? Что бы это значило? Ведь я ничего не делал, только возвращался домой, ел, сидел пару часов на диване и ложился спать? Как по такому можно соскучиться?
