Уже знакомый зал встретил её старыми картинами. Только сейчас она решила приглядеться к их сюжетам. На одной из них рыжая девушка обнимала лисицу в окружении леса. На второй картине был изображен соловей, готовящийся сыграть свою мелодию. На третьей картине из-под толщи голубой воды выпрыгивали два дельфина. Словом, на каждой из картин находились какие-нибудь звери. Император скучал по живой Земле, но в этом его было винить нельзя.
Самого Императора Эмелис заметила не сразу. Гвардейцы покинули тронный зал, и оставили их наедине друг с другом. Он сидел на своем величественном троне из белого мрамора, и о чём-то рассуждал, или ждал, пока диалог начнет девушка. Её же диалог совсем не заботил, и взгляд был устремлен лишь на картины.
— Картины с восемнадцатого по двадцать первый век. От разных авторов, — невозмутимо сказал Император Белый, заметив заинтересованность Эмелис в картинах. Но только он это сказал, как она сразу отвела взгляд от них и посмотрела Императору словно сквозь душу. Тот встал с трона и подошел к ней, протянул ей руку, дабы поприветствовать девушку на равных, но ответного действия не получил и был проигнорирован.
— Я поняла, что за знакомый силуэт стоял возле неведомого резервуара, в который я была помещена без моего согласия. Это были вы. Лично пришли посмотреть на момент моего пробуждения, — сказала безучастно Эмелис, и прислонила ладонь левой руки к ране на правом плече. Рана чесалась и ныла, заживала долго и минимально, но пальцы на правой руке уже немного могли двигаться.
— Это было вынужденное действие. Мы использовали энергию Вечного сердца, дабы зарядить этот корабль перед последней схваткой с Изгоями. Полагаю, вас ещё не ввели в курс дела?
— Вы собрались использовать силу созидания для разрушения? Безумие.
— Это вынужденное действие, — повторил Император Белый. Он до сих пор казался слишком грозным, но девушке было всё равно.
— Геноцид целой цивилизации за старые обиды… Это вы называете вынужденным действием? Вы последний подлец, особенно зная то, что отныне в мире царит лишь мир. Буря стихла, и змей уничтожен. Так что же, вам не хватает и галактической войны, в которой не будет победителя?
Император промолчал пару секунд.
— Всё гораздо сложнее. Пройдемте за мной, Эмелис Рейн. Я кое-что вам покажу.
Белый направился вглубь своего тронного зала, и прошел через большие двери. Эмелис нехотя направилась за ним, понимая, что не сможет предпринять ничего.
За дверьми располагалась, по всей видимости, комната отдыха Императора. Громоздкий диван, письменный стол, искусственный камин, и всё выглядит богато и замысловато. Над камином висело широкое полотно, изображающее какую-то земную горную систему. Скорее всего, ещё юные Альпы. Эмелис разглядела на склоне гор несколько стад горных козлов.
— Присаживайтесь, — произнес Император, и жестом показал на диван.
— Я постою.
— Ваше право.
Император Белый взял какой-то пульт, и на стене появилась голограмма видимой Вселенной.
— Все эти галактики, звезды, туманности, всё это мы наблюдали в космосе всего пару дней назад.
На голограмме было очень много самых разных астрономических объектов, а в самом центре голограммы — миниатюрная копия «Голиафа II». Затем Император Белый нажал на пульте какую-то кнопку, и вмиг большинство галактик, звезд и туманностей попросту пропали. При чем чем дальше они находились от «Голиафа II», тем меньше оставалось небесных тел на голограмме. Их общее количество снизилось до семидесяти одного процента от изначального изображения.
— А это… — Император выдержал паузу, — Видимая Вселенная, которую мы наблюдаем сейчас. Большинство небесных тел… пропали.
Эмелис не поняла, к чему клонит Император. Тот увидел вопрос на её лице, и решил выдержать ещё одну паузу, и затем переключил голограмму. На следующей голограмме астрономических тел уже почти не было. Их численность сократилась до тридцати пяти процентов от начальной суммы.
— А вот это — ожидаемое количество звезд и галактик, что выживут и будут оставаться в строю ближайшие пару дней.
— Я, кажется, поняла. Сол говорил о том, что кончина Вселенной фактически неизбежна. Но я думала, что мы все смогли отсрочить её кончину…
— Мы все удивлены. Империя и Изгои. Отныне и до сих пор речь идёт о выживании, а не о простой галактической войне. Космос стремится к кончине, а наши отношения становятся всё враждебнее и враждебнее. Неделю назад Изгои захватили Шестую станцию, а затем активировали команду самоуничтожения отдельных её частей. Вы можете мне не верить, но первую кровь пустили именно они.
— Как бессмысленно… — задумалась девушка, рассуждая над словами Императора о нападении Изгоев на Шестую станцию. — Мы хотя бы знаем, от чего именно пропадают небесные тела?
