Они возвратились в свою бухту, нагруженные снопами риса. Фиалка болтала всю обратную дорогу без умолку, и Гараня то и дело на нее цыкал, чтобы она говорила потише.
– Не забывай, что мы идем не по городскому проспекту, – ворчал он, с опаской поглядывая по сторонам.
Сухой перестоявший рис обмолотили быстро. Затем Гараня провеял его и, пока Фиалка возилась с курами – щипала перья и потрошила, используя вместо ножа острую ракушку, – начал готовить муку.
Он нашел сферическое углубление в камне, насыпал туда зерна, сначала истолок его деревянным пестиком, а затем растер крупу между плоскими камнями.
В итоге получилась мелкозернистая смесь, лишь отдаленно похожая на муку.
– Ничего, – бодро сказал Гараня в ответ на кислую мину Фиалки, когда она увидела результат его трудов. – Во-первых, я не мельник, да и мельница у меня аховая, а во-вторых, посмотрим, что ты скажешь, когда попробуешь конечный продукт.
Он замесил тесто на кокосовом молоке. А затем начал выпекать лепешки на раскаленном камне, водруженном посреди костра. Когда над бухтой поплыл восхитительный аромат свежеиспеченного хлеба, Фиалка молитвенно сложила руки на груди и воскликнула:
– Господи! Спасибо Тебе, что Ты не забываешь о нас.
– На Бога надейся, а сам не плошай, – улыбнулся Гараня и подал ей неказистую с виду лепешку, немного подгоревшую с одной стороны. – Тебе представляется уникальная возможность снять первую пробу хлеба, который едал в свое время сам Робинзон.
– Вкусно-о… – Обжигаясь и дуя на лепешку, девушка жадно глотала большие куски, почти их не разжевывая. – Нет, правда. Обалдеть…
– То-то… – Довольный Гараня только посмеивался. – Теперь дело остается за малым – где нам найти кастрюлю для супа.
– Это невозможно, – уверенно заявила Фиалка. – Ну и ладно. Обойдемся без горячего. У нас есть фрукты, рисовые лепешки, мясо, рыба… Что нам еще надо?
– А голова для чего? – Гараня постучал себя пальцем по лбу. – Думать нужно.
– Думай не думай, а все равно выше пояса не прыгнешь.
– Я бы с тобой поспорил, – лукаво сказал Гараня, – но не буду. Поняла, как печь лепешки? А если да, то вперед, тебе и карты в руки. А я ненадолго отлучусь…
Этот кусок толстого бамбукового ствола Гараня присмотрел, еще когда строил хижину. Давным-давно дерево свалил ураган, оно упало на скальные гребни, разрубившие бамбук на несколько частей словно гигантским ножом.
Притащив самый маленький обрубок длиной с полметра в бухту, Гараня сначала тщательно очистил и хорошо отмыл его изнутри, а затем, вкопав до половины в песок, наполнил водой. Получился маленький бочонок, дном которого служила прочная перегородка в бамбуковом стволе.
– Вот тебе и кастрюля, – сказал Гараня девушке, которая как раз управилась с выпечкой лепешек.
– Хоть убей меня, но я ничего не понимаю, – с недоумением ответила Фиалка. – А как сделать, что бы кипела вода?
– Очень просто. Клади сюда петуха и рис. И добавь немного соленой воды – по вкусу, – ведь соли у нас нет.
Все еще пребывающая в сомнениях Фиалка сделала все так, как сказал Гараня, а он, вытащив из костра несколько раскаленных камней, бросил их в импровизированную кастрюлю.
– Кипит! – обрадованно воскликнула Фиалка.
– Конечно кипит, – невозмутимо ответил Гараня. – И будет кипеть. Только охлажденные камни нужно вытаскивать… вот этим, – он дал Фиалке согнутую лозину со снятой корой, расщепленную пополам, которая была похожа на большой пинцет, – и добавлять новые. Всего лишь.
– С ума сойти… – прошептала восхищенная девушка. – Волшебство…
– Никакого волшебства. В Африке полудикие племена таким макаром готовят еду сплошь и рядом. Нет бамбукового ствола – сойдет черепаховый панцирь или углубление в камне, а то и засушенная тыква, из которой вынули мякоть. Конечно, на поверхности супа будет плавать зола, но это не страшно, это мелочи.
– Теперь нам не хватает лишь ложек, – сказала Фиалка. – Да где их взять? А ножа, чтобы вырезать ложки из дерева, у нас нет.
– Ну, это уж совсем не проблема. Без ложек мы преспокойно можем обойтись. Для бульона у нас есть «кружки», – и Гараня показал Фиалке две ракушки, которые подобрал на пляже, – а вареное мясо будем есть при помощи рук…
До ужина они успели сплести еще и две большие циновки. Фиалка от счастья была на седьмом небе и порхала, как ласточка. Вечер выдался нежаркий, дул легкий ветерок, который приятно щекотал и охлаждал тело, и на сытый желудок ей казалось, что она попала в Эдем – рай на земле.
Если уж человеку везет, то этот невероятно приятный процесс может растянуться надолго. Хорошо бы навсегда, сказал Малеванный, который, несмотря на свою роль бугра, готов был по-щенячьи визжать от радости.
Катер они не нашли. Следов пребывания приятелей мертвеца на острове тоже не оказалось. Правда, плавсредство незнакомца они искали не по всему побережью острова, – на это не хватило бы и двух дней, – а лишь рядом с горой, здраво рассудив, что он никак не мог уйти от катера чересчур далеко.