Спустя несколько часов, едва разглядев обрывистый склон над широкой рекой недалеко от накатанной дороги, Тим скомандовал привал. Стиф предложил спустится вниз и развести костер только там, чтобы его не было видно издалека. Проделать это удалось с трудом. Последние метры Тим преодолевал уже в полной темноте, проклиная себя за то, что повелся на такую авантюру.
Он сильно сомневался, что их будут преследовать за пределами портовых стен, но посчитал, что лишняя предосторожность не помешает, о чем сейчас жалел. Последним на галечный пляж с невысокого выступа спрыгнул Заноза. Сначала парень мычал протестуя, видимо с речным берегом у него были связаны не самые хорошие воспоминания, но получив подзатыльник от Стифа, поморщился и нехотя пополз вниз.
– Полегче с ним, – хмуро сказал Тим, и, дождавшись, когда сам варвар начал спускаться, последовал за ними.
Где-то на полпути он обогнал Занозу и спрыгнул буквально через секунду после ловкого Стифа. Тот по дороге успел обломать несколько сухих веток с чахлых кустов, непонятно как укоренившихся на скалистом склоне. Этих крох хватило, чтобы варвар разжёг небольшой костер. Заноза с радостью пошел практически на ощупь собирать разбросанные вдоль каменистой стены обломки каких-то досок, вероятно раньше составляющих целую телегу.
– Слушай, Стиф, а почему они вообще напали на вас? – Тим присел на корточки, подставив поближе к огню замёрзшие пальцы. Погода менялась быстро. Мелкий дождь давно кончился, уступив место холоду и пронизывающему ветру.
– Знаешь, Тим... или как там тебя, последний Румаг? Год назад у нас сменился Правящий. Сменился резко и довольно кровопролитно. Хормины, которые должны были защищать опору и надежду всех нурмонов, предали его. Не все, конечно, но часть из них оказалась подкуплена золотом и сладкими речами Бранга. Лишь тогдашний глава хорминов и горстка преданных ему людей встали на защиту прежнего Правящего. Из них чудом уцелел один лишь я. В рабском загоне раны зарастали долго. И вот теперь Грунд, правая рука Бранга, ищет меня, желая закончить начатое.
– Почему он не убил тебя в загоне?
– Ну, во-первых, чтобы убить чужого раба нужны веские причины, да и пока я сидел в загоне под присмотром, то никому не угрожал. Кроме того, если бы он вызвал меня на поединок, то неизвестно, кто вышел бы победителем.
– А выкупить тебя он не мог? – ситуация казалась Тиму как минимум странной.
– Мог, конечно. Но зачем тратить деньги, если можно немного подождать и убрать меня бесплатно.
– Почему он напал на тебя, когда ты стал моим рабом, ведь я тоже мог выставить ему счет за убийство.
– Мог, но тогда он убил бы и тебя. Ты никто в наших землях и про это быстро забудут.
– Стало быть, ты неплохо сражаешься? – спросил Тим, немного помолчав.
– Ну, стало быть, так.
Заноза подбросил доски в огонь, и через несколько минут вокруг стало значительно светлее и теплей. Какое-то время сидели молча. Тучи на небе стали расползаться и выглянула луна, однако река была широкой настолько, что другого берега не было видно. Тим поймал себя на мысли, что ему постоянно кажется, будто за ними кто-то наблюдает. Но, оглядевшись, не заметил ничего подозрительного. Зато увидел большой кусок бревна, недалеко от места, где они спустились.
– А что на том берегу, нас никто не увидит? – задал он терзающий подсознание вопрос.
– Нет. Там такой же скалистый берег и лес с ничейными землями. Мы редко ходим в те края, стараясь не тревожить народ, который выбрал долю отшельников. Нурмоны, хитабы и даже двумиряне находят приют в тех обширных забытых всеми территориях. Много разных тварей водится по ту сторону, как безмозглых, так и вполне разумных. Думаю, даже тебе было бы там непросто. А здорово ты приложил Грунда. Не знаю, как у тебя это получилось, но выглядело красиво. Я и глазом моргнуть не успел. Не думал, что ты и правда Румаг. И… спасибо тебе, ты спас мне жизнь, – вдруг серьезно сказал Стиф, подкидывая очередную порцию сухих досок в огонь. Заноза дремал, сидя рядом, опустив голову на подтянутые к подбородку колени.
Тим задумался. Действительно спас, но потом самого скрутило достаточно серьезно. Будет неловко, если каждый магический трюк заставит сгибаться в три погибели. Нужно все испытывать заранее в безопасных условиях. Сейчас уже, конечно, поздно. Ускорение должно быть недоступно, ведь использовать его можно раз в сутки, а невидимость лучше приберечь на всякий случай.
Вдруг на темном фоне противоположного берега блеснул неясный жёлтый огонек и тут же погас. Именно с того направления Тим постоянно чувствовал взор неведомого наблюдателя. Решив, что так продолжаться не может, произнес:
– Стиф, сходи-ка принеси вон то бревно. А то мы так не уснем, вечно подкладывая эти щепки.
