Она вернулась в Надор, но какой это был Надор! Груды серых мертвых камней возвышались над травяной порослью и глухими песчаными оврагами, а на месте родового замка мрачно блестела темная озерная вода. Это было ужасно, и Рейчел захотелось закричать в голос, однако усилием воли удалось сдержаться. Что же происходит?
Кто-то несильно, но ощутимо толкнул ее в спину, и девушка увидела, что находится в окружении солдат. Лунный свет лился на их перекошенные злостью физиономии, смуглые и дикие, а лицо стоявшего рядом с ней коротышки скрывали широкие поля шляпы. Но пустое! Она уже поняла, кто он… наверное. Все они стояли между оврагом, через который вело бревно, и скалистым утесом, и в груди у Рейчел слегка шевельнулся глупый страх.
— Ты заигралась с Альдо и разворотила какую-то тварь. Вашу, надорскую. Видимо, она уймется только с твоей смертью, поэтому тебе пора умирать. Прямо здесь, от своего кинжала и на земле, что была за Окделлами.
— Была?! — собственный гневный выдох был едва слышен. — Была?..
Собеседник с невидимым лицом и неприятно-знакомым голосом не успел ответить, потому что с другого утеса прогремело несколько разрывающих зловещую горную тишь выстрелов. Резко обернувшись, Рейчел увидела, как недалеко, по самой кромке оврага, мчится ее дальняя прабабушка. Горик! Да сколько же раз это может продолжаться?!
Бежала Рейчел Горик одна и пешком, преследуемая двумя солдатами, белобрысыми и долговязыми. Дриксы или бергеры? В ночной темноте, пусть и с лунным светом, некогда разбираться, она должна помочь прабабке! И, не разбирая дороги, Окделл со всех ног помчалась прочь от злых камней, пытаясь обогнуть овраг, но от ее разгоряченного сознания не укрылся вкрадчивый шорох скатывающегося вниз песка.
Нужно кричать или Рейчел Горик заметит ее сама?
Если дать о себе знать, то и стрелять будут на звук.
Громкий хлопок выстрела грохнул где-то позади, и Рейчел Окделл, замерев на месте, глупо взмахнула руками и поняла, что под ногами больше нет надежной опоры. Не стоило пытаться забраться на замшелые валуны, возле которых валяется знатная россыпь мелких неразумных камней. Рейчел слышала каждый их приглушенный вздох, каждый пронзительный крик, каждый осторожный возглас. Никогда прежде она не была так близка со Скалами, как сейчас!
Рухнув на мягкое песчаное дно оврага, Рейчел поняла несколько вещей.
Первое. Она оцарапала щеку во время падения.
Второе. Напротив лежит Рейчел Горик — хмурая молодая женщина и с яростным вниманием смотрит ей в глаза, словно намереваясь прожечь взглядом насквозь. Наверное, она рухнула в овраг и притворилась мертвой, чтобы скрыться от преследования.
Третье. На нее летят тяжелые камни.
— Изменница! — от страха Рейчел не нашла ничего лучше, кроме гнева, хотя только что желала помочь собеседнице. — Ты служила Олларам! Ты посмела…
— Лучше Олларам, чем Приддам, — спокойно припечатала прабабка и отодвинулась в сторону. — Знала бы ты, в кого превращаешься.
— Прекрати меня мучить! — заорала Рейчел, резко отодвигаясь от камнепада и подминая под себя Горик, чтобы перекатиться на другую сторону оврага. — Убирайся! Исчезни!
И тут же проснулась. Лицо и спина были покрыты холодным потом, постель смята, а сама Рейчел лежала на животе, лицом вниз — значит, слишком много ворочалась. Такое бывает, когда снятся дурные сны, но в ближайшее время о них можно будет забыть, потому что она выздоровела и совсем скоро они с Альдо и Робером отправятся в путь.
Дорога до столицы оказалась не такой долгой, как предполагала Рейчел, кроме того, не произошло абсолютно ничего из ряда вон выходящего. Даже Робер и Альдо не ссорились, пусть и не разговаривали тоже. Каждый держался особняком, зато Карваль, довольный их разладом, сиял, как начищенный до блеска талл. И Рейчел совсем не нравилось это положение вещей, однако она ехала рядом с Альдо, чтобы составить ему достойную компанию и поддержать разговором.
Когда принц задумался, где можно остановиться, девушка зачем-то сказала, что можно направиться в Лаик. Школой оруженосцев заброшенное аббатство перестало быть уже давно, так почему же Ракану и его верным сторонникам не найти в нем тайное убежище?
— Отлично, — лицо Альдо озарила широкая и счастливая улыбка. — Туда и поедем. Сначала возьми две дюжины солдат и съезди туда — ты лучше помнишь. Робер, наверное, уже забыл.
Рейчел подумала, что Робер не забыл, а просто Альдо не хочет идти первым на примирение, но сочла, что лучше ничего не говорить. Пришлось направить мориску в сторону «загона», из которого она когда-то вышла, в надежде на ссылку в Надор, свадьбу и спокойную размеренную жизнь. Увы, совершиться тем мечтам робкой семнадцатилетней девушки, было не суждено.
