Сначала бабушка пожаловалась на болевые ощущения в области поясницы, затем появился озноб и небольшое повышение температуры. Боли то затихали, то набирали обороты. Не выдержав смотреть, как содрогается все тело бабушки от страданий, дед, вызвал неотложную помощь. После ряда анализов и ультразвукового исследования, выяснилось, что это первые признаки мочекаменной болезни. Процесс выхода песка из почек может занимать от нескольких дней до пары-тройки недель. Чтобы справиться с болевыми ощущениями, было рекомендовано использовать медикаменты. Но чтобы избежать специфических осложнений, было рекомендовано оставить бабулю под присмотром врачей, пока на неопределенное время. В первые двое суток мы провели в палате вместе с бабушкой, потом еще неделю мы с мамой поочередно навещали ее два раза в день. Моя мама единственная дочь у своих родителей, а я единственная внучка, поэтому при каждой нашей встрече, мы всерьез обсуждаем переезд бабушки и дедушки в Канаду. На сей раз дед дал согласие, и по приезду мама займется оформлением документов. Хотя дед ушел на пенсию по выслуге лет в чине майора, он продолжает преподавать в военном колледже. А бабушка на пенсии плотно занялась развитием своего садового участка. Пребывая на военной службе, им приходилось ежегодно проходить физическую аттестацию, поэтому моложавость у них на лицо. И сейчас лицезря себя в зеркале, я по физическим характеристикам похожа на бабушку, а вот по внешним-я копия папы. Я не имею откровенной красоты, как многие блондинки, но моя красота совершенно не требует косметических средств. Моей фигуре вполне достаточно было занятий со сноубордом. Я не насиловала свое тело в тренажерных залах, диетах и сушкой тела. Выносливость была у меня в крови. Пока мама занималась приготовлением еды для бабушки, используя рецепты несолевой диеты, мы с дедом наслаждались прогулками по городу. Риддер- город моего детства, то место, где зародилась моя любовь к сноуборду. Несомненно, город менялся, преобразовывался, становился привлекательным для туристов. Снежные трассы для лыжников и сноубордистов, хвойные леса, горный чистый воздух стали презентационной карточкой этого города. Две недели в режиме non stop сказались на моем состоянии. Тошнота и головокружение стали сопровождать меня каждое утро, поэтому чувствовала я себя совершенно уничтоженной. Естественно, меня мучили подозрения по поводу, возникших симптомов, но я всерьез не хотела об этом думать. После утреннего осмотра врач, который наблюдает за состоянием бабушки, сообщил, что ее восстановление вполне удовлетворительно, и через неделю после сдачи анализов она сможет отправиться домой, не забывая о заклятой несолевой диете. От этой новости я прибываю в приподнятом настроении и спешу покинуть здание больницы. Уже в такси прослушала пропущенные сообщения от Леонардо, что подтверждало, что он все еще беспокоится о моем здоровье. Мама обмолвилась ему, что меня иногда подташнивает. Я бегом вбегаю по лестнице в аптеку, пытаясь успокоить свое лихорадящее сердце. Готова ли я узнать правду?
***
Пока я шла по международному аэропорту, я позвонила Лео, чтобы сообщить время прилета.
– Лео, я прилечу в час дня и доберусь до дома на такси, – говоря чуть громче из-за стоявшей рядом женщины с плачущим ребенком.
Мы обе стояли у стойки бара в надежде приобрести заветную кружечку кофе. Пассажиров явно прибавилось, и поэтому помещение нейтральной зоны заполнялось неумолкающими голосами.
– Нет, нет. Я тебя встречу. У меня в Турине запланирована дегустация. Я приглашен в качестве дегустатора. Поэтому мы остановимся на пару дней в отеле, и ты заодно сможешь насладиться достопримечательностями Турина. «Как тебе мое предложение?» —произнес Лео.
– Я согласна и абсолютно не против познакомиться с Турином. Раз уж я собираюсь прогуляться по историческим местам, мне понадобятся кроссовки, захвати их для меня, – в очередной раз прокричала я.
