— Деньгами заведовала Глория. Пару раз я спрашивала у нее, как обстоят дела, но она неизменно отвечала, что причин для беспокойства нет. Говорила, что у нее талант приумножать деньги.
— Но вы могли что-то слышать, — продолжала Кейт. — Наверняка Глория и ваш отец обсуждали финансовые вопросы.
— Вернувшись домой на летние каникулы, я слышала, как они спорят. Отец собирался забрать какие-то деньги, но Глория сказала, что на их совместном счете почти ничего не осталось. Она хотела знать, зачем ему понадобились деньги прямо сейчас, а отец ответил, что не обязан перед ней отчитываться. Глория заявила, что ему придется подождать несколько недель.
— У вас есть какие-либо догадки о том, что произошло?
— Я ничего не знаю. В последний год отношения между Глорией и отцом изрядно охладели. Мне кажется, они начали раздражать друг друга. Ничего серьезного. Просто множество мелочей. Я спросила у отца, и он сказал не брать в голову. Обыкновенные семейные проблемы.
— Вы не обратили внимания — вокруг вашего отца или матери никто подозрительный не крутился? — спросил Мазур. — Кто мог бы желать им плохого?
— Я ничего не знаю, но, как уже говорила, они никогда не посвящали меня в свои дела. Когда училась в старших классах школы, я хотела во время летних каникул подрабатывать в автосалоне, однако Глория и слышать об этом не желала. Она хотела, чтобы я училась. Говорила, что главное мое достоинство — мозги.
— А что вы знаете про ее поездки в Ларедо к матери? — спросила Кейт. — Ваша мачеха каждую неделю ездила туда, чтобы ее проведать, правильно?
— Глория ездила в Ларедо? Очень странно…
— Что в этом странного?
— Она без вопросов оплачивала дом престарелых, но навещала Нину нечасто.
— Они поссорились? — спросила Кейт.
— Глория никогда об этом не говорила, за исключением одного случая лет пять назад. Тогда она выпила слишком много и призналась, что Нина всегда была против ее замужества с моим отцом.
— Почему?
— Они поженились всего через восемь месяцев после гибели моей матери. И папа старше Глории на пятнадцать лет. По словам Глории, Нина считала этот брак про́клятым.
— Она так и сказала — «про́клятый»? — спросила Кейт.
— Глория также сказала, что ее мать была старого воспитания и считала, что мой отец должен был соблюдать траур по крайней мере год.
— Вы помните свою мать? — спросил Мазур.
— Очень смутно. У меня есть ее фотографии. Вообще-то, Глория собрала все снимки нас с мамой и поместила их в красивый альбом. Это было очень трогательно.
— Ваш отец сказал, что у нее есть квартира в Ларедо, где она останавливалась во время своих приездов, — сказала Кейт.
— Эта квартира у нее уже много лет.
— Для чего она ей? — спросил Мазур.
— Для поездок в Мексику.
— Зачем она ездила в Мексику? — настаивал Тео.
— У нее там были клиенты, любившие шикарные машины. Они платили огромные деньги, и Глория иногда лично перегоняла их.
— Обслуживание по высшему разряду…
— Некоторые машины стоили больше ста тысяч. Глория лелеяла таких клиентов. Она говорила, что когда им снова захочется потратить деньги, они обратятся к ней. — Девушка нахмурилась. — Вы полагаете, ее убили из-за машины?
— Она ехала вовсе не на дорогой машине, — заметил Мазур. — Тачка у нее была шестилетняя, совсем неказистая.
— Глория не ездила на старых машинах, — удивилась Изабелла. — Это не в ее духе.
— У вашей мачехи были проблемы со здоровьем? — спросила Кейт.
— По-моему, никаких. Я видела ее с месяц назад, когда Глория приезжала проведать меня в Вашингтон, и выглядела она нормально. В первый вечер немного устала, но сказала, что просто день выдался тяжелым. Утром она уже была в полном порядке. А почему вы спрашиваете?
— Патологоанатом обнаружил у вашей мачехи злокачественную опухоль в матке, — сказала Кейт.
— Это что, рак? — Изабелла вскинула голову.
— Да.
— Мне она ни слова не сказала… — Девушка недоуменно заморгала. — Вы уверены? Глория обязательно рассказала бы отцу, а тот не умеет хранить тайны.
— Патологоанатом был категоричен, — сказала Кейт.
— Господи… — Изабелла покачала головой. — Когда мы виделись в последний раз, Глория выглядела замечательно. Как обычно. На полную катушку, если вы понимаете, что я хочу сказать.
— Вы можете объяснить подробнее? — попросила Кейт.
— Я хочу сказать, она была накрашена и лучилась улыбками. Впрочем, Глория могла вести себя так и в состоянии сильного стресса.
— Что вы имеете в виду?
— Когда ее что-то беспокоило, она особенно тщательно старалась выглядеть идеально. На житейские трудности отвечала дополнительной косметикой. Кажется, теперь я понимаю, что у нее был рак, это объясняет, чем она была встревожена…
— Когда это было? — спросила Кейт.
— В прошлом году на Рождество. Я сдала сессию досрочно и приехала домой на несколько дней раньше, чем меня ждали. Глория была у себя в комнате, слушала музыку и разглядывала картины. Я спросила у нее, что случилось, и какое-то мгновение мне казалось, что она мне откроется. Но затем Глория улыбнулась и сказала, что всё в порядке. Больше я ее такой не видела.
