Встав с кровати, он зажег свет и отправился в ванную. Затем оделся. Надел кобуру и пристегнул к ремню наручники и значок. Оглянувшись на смятую постель, улыбнулся.
Повязав галстук и перекинув пиджак через руку, детектив прошел по коридору, задержавшись перед висящими на стене фотографиями. Зажег верхний свет и изучил снимки, нисколько не стыдясь того, что сует свой нос в жизнь женщины, которая этого не любит.
Семейные фотографии. На первой – мать, отец и маленький Митчелл. Следующий снимок запечатлел прибавление семейства. Добавилась круглолицая девочка с вьющимися светлыми волосами и беззубой улыбкой.
Здесь было много фотографий Митчелла, однако внимание Мазура полностью сосредоточилось на истории жизни Кейт. Мгновения, выхваченные на футбольных матчах, праздничных вечеринках, шахматных турнирах и выпускных вечерах, показывали путь от очаровательного ребенка к неуклюжему подростку и далее к серьезной выпускнице академии ФБР.
Мазур рассеянно потер пальцы, вспоминая огрубевшую кожу шрама у Кейт на бедре. Просто поразительно, что эта пуля не задела бедренную артерию и что вторая пуля не попала в мозг. Господи!..
По коридору распространился запах свежего кофе, заставляя Мазура оторваться от фотографий. Он нашел Хейден на кухне, полностью одетую, сидящую за столом. Рядом с ней стояла пустая чашка.
Перед ней были разложены папки и фотографии с мест преступлений. Она не подняла взгляд.
– Я сварила свежий кофе. Кружки в шкафу над раковиной. Молоко в холодильнике.
Налив себе кофе, Тео плеснул в кружку молока.
– Если мать оставила свежее молоко, думаю, должна быть и еда.
– Рогалики в хлебнице.
Он поцеловал ее в макушку.
– И еще с добрым утром!
Кейт подняла взгляд.
– Доброе утро.
Отыскав рогалики, Мазур спросил:
– Ты всегда просыпаешься такой деятельной?
– Бывает. – Хейден провела пальцем по растрепанным волосам, еще не забранным в хвостик. – Когда мне не дает покоя какое-нибудь дело.
Он достал из хлебницы два рогалика.
– Тебе поджарить?
– Да.
– И что свербит голову сейчас?
– Готова поспорить, Дрекслер направился в Сан-Антонио, чтобы найти меня. Это ведь я нашла Сару и остальных. Я испортила ему приятное времяпровождение.
– Неужели найти тебя так просто?
– К сожалению. Точнее, просто найти дом матери.
Тео обвел взглядом кухню.
– Но она сейчас в Далласе у тети Лидии, правильно?
– Да. – Кейт покачала головой. – Пока Уильям и Дрекслер разгуливают где-то поблизости, ей будет лучше в Далласе.
– Ты ни в чем не виновата.
– Нет, виновата. Если учесть, какая у меня работа, я не должна была сюда приезжать.
Взяв кружку Кейт, Мазур снова наполнил ее кофе и поставил перед ней.
– Теперь это только вопрос времени, когда Невада поймает Дрекслера.
– Тот обрил себе голову наголо. Теперь его родная мать не узнает.
Достав из тостера подрумяненные рогалики, Тео положил их на тарелку и поставил на стол. Из холодильника достал масло, плавленый сыр и клубничный джем.
– Сначала мы позавтракаем.
– Мне еда в горло не лезет.
– Ты должна. У нас есть полчаса. После чего отправимся в управление. Ешь!
Кейт подняла на него взгляд, затем снова отвернулась к компьютеру.
– Значит, вот в чем проявляются твои странности? – с вызовом спросил Мазур.
– Никакие это не странности. Я совершенно нормальная. Я всегда такая.
– Что немного странно, Кейт. В хорошем смысле.
Выражение ее лица стало грустным.
– Сейчас тебя это забавляет, но через какое-то время ты будешь сходить с ума. Со мной очень трудно.
– Как и со мной. И тебе не кажется, что мы должны быть со странностями, чтобы заниматься тем, чем занимаемся? Но прошлой ночью мы нашли кое-какие плюсы в нашей профессии…
– Мне эти плюсы очень понравились. – Кейт слабо усмехнулась.
Мазур поднял кружку.
– За новые плюсы в нашей работе!
При этих словах она нахмурилась.
– Мы не можем быть возлюбленными и заниматься этим делом.
– Это еще почему?
– Потому что секс губит отношения.
– Губит?
Кейт прижала пальцы к вискам.
– Я подобрала не то слово.
– Слова – твоя специализация, – Мазур покачал головой.
– Ты прав. Я хотела сказать именно это: «губит». Я обращалась к психологам. Все пришли к единому мнению: я была в близких отношениях с Уильямом Болдри, и это сгубило нашу семью. Так что с тех пор секс и близкие отношения ассоциируются у меня с бедой.
– Тебе нравится быть одной?
Кейт смахнула с пальцев крошки рогалика.
– Я признаю практичность подобного подхода.
– Классический случай ухода от ответа, доктор Хейден. – Он снова покачал головой. – Тебе это нравится?
– Нет. Не нравится. Но я привыкла.
– И как ты думаешь, надолго ли тебя хватит?
– Не знаю. Думаю, надолго.
– Почему бы не позволить себе личную жизнь, черт возьми?
– С тобой?
– Ну да, а почему бы и нет? Высока вероятность того, что к концу года я переберусь в Вирджинию. Я хотел бы снова увидеться с тобой.
Встав, Кейт подошла к раковине и выплеснула остатки кофе.
– Как я уже говорила, когда ты меня узнаешь, сильно разочаруешься. Я – трудоголик и беру работу на дом.
Остановившись в считаных дюймах от нее, Мазур наклонился, ставя кружку в раковину. Кейт напряглась, но не отступила от него.
