- Я же сказала, он умен. Он окружил себя преданными людьми, которые не отходят от него ни на шаг. Он не теряет контроля ни на минуту, даже забавляясь в постели с женщиной. Тубу с посланием держат перед его глазами, даже когда он лежит в ванне. Ни я, ни мои люди не смогли подобраться к нему достаточно близко.
- Хочешь сказать, он тебе не доверяет? - рассмеялась я, - Отчего ж ты - или твои люди - его просто не убили? Многие бы тебе за это были благодарны.
- Если не останется другого выхода, мы убьем его, - ровно сказала Лиран, - Но сейчас это нам невыгодно. Эльяс прекрасный кнес и умелый полководец. Его смерть сейчас принесет Северу лишь хаос. Нам это ни к чему.
- А-а-а, так ты хочешь и свиток заполучить, и нынешнего кнеса ренейдов контролировать...
- Эльяса контролировать трудно, но можно, - мое ехидное замечание Лиран поняла как одобрение, - Он как упрямый ребенок. Любит свои игрушки-побрякушки, и не стоит ему говорить: сделай то и то, он все равно не послушает. Лучше скажи ему: не делай этого. И он сделает все наоборот. За два года я научилась говорить то, что он хочет услышать. Но поступаю так, как нужно мне.
- А послание Найсала достать не можешь. Зачем, кстати, оно ему? Или ему тоже нужно Существо?
- Тоже? - презрительно фыркнула Лиран, - Да Эльяс и половины из того, что написано в послании, не понимает. Зато он понимает ценность этих знаний. Когда ему нужно было снять магическую границу вокруг Лакита, он дал мне лишь один листок из свитка. Только один листок, не больше! Остальное он придерживает у себя, думая, что так сможет держать меня на поводке.
- Он тебя боится?
- Мы союзники, - усмехнулась Ледяная ведьма, - ему нужен мой магический дар, мои люди, наученные убивать и магией, и голыми руками, мои познания. А мне нужна власть. Мы оба получаем то, чего хотим.
- Кроме послания...
- Я все равно получу его. И это сделаешь ты. Рано или поздно Эльяс сделает тебя своей женой, он любит женщин и не станет медлить с тобой, так уж постарайся, чтобы это случилось поскорее. Ты слишком ценная для него добыча, поэтому скорее всего он послушается твоей просьбы и сделает это в уединении, поскольку обычно присутствие телохранителей его нисколько не стесняет. А если над вашей постелью не будут стоять его телохранители, ты сможешь выкрасть свиток. Выбросишь свиток в окно. А я его найду, куда бы он ни упал. На всякий случай возьми вот это, - она сунула мне в руку крохотный пузырек с желтоватой жидкостью, - Выльешь в его вино. Это снотворное. Только не обольщайся, подействует оно не сразу. Поиграть с тобой Эльяс все равно успеет.
Я потрясенно молчала. Нарисованная Лиран картина живо встала у меня перед глазами. Мне стало... мерзко, тошнотворный страх скрутил внутренности.
В дверь тихо постучали. Ледяная ведьма резко обернулась. Невысокая женщина замерла в дверях и подошла быстрым мягким шагом лишь после того, как Лиран позволила. Служанка что-то тихо прошептала на ухо колдунье, та порывисто выпрямилась.
- Эльяс, похоже, вернулся. Надеюсь, ты понимаешь, Оливия Каскор, что не в твоих интересах говорить кому-либо о нашей договоренности, - быстро проговорила ведьма, завершая разговор, - Ты помогаешь мне достать свиток. А я помогу тебе вернуть трон Лакита, когда с Существом будет покончено. Или научу тебя, как нужно управлять Эльясом. Если захочешь. Если тебе нужны мои клятвы - я дам их.
Уже в дверях она обернулась.
- И не пытайся меня провести или обмануть, - холодно усмехнулась Лиран, - У нас много способов заставить делать то, что нам нужно.
Ее красноречивому взгляду вторил хмурый неприязненный взгляд служанки - крепкой девицы с походкой крадущегося убийцы. Почему-то мне показалось, что здесь она такая не одна...
Я молча бродила по комнате, меряя шагами выстеленный коврами мозаичный пол от стены до стены. Глаза рассеянно пробегали по тонкой резьбе светлых деревянных панелей и насыщенным оттенкам коричнево-золотистых шелков обивки, привычно не замечая утонченной роскоши обстановки. Я любила эти покои из четырех комнат, протянувшихся анфиладой друг за другом по западной стороне Малого дворца. Любила их теплый, мягкий уют и ненавязчивое великолепие, но давно перестала замечать это, как с годами перестают обращать внимание на прелестный вид из окна. Я выросла здесь, я сроднилась с каждым камешком этих стен. И даже мысль о том, что кто-то другой может хозяйничать здесь, приводила меня в ярость. Кто-то другой, распоряжающийся моей жизнью и указывающий мне, что нужно делать.
Гнев и гордость добавляли мне решимости. Но отнюдь не приближали к решению трудной задачки.
У кого послание Найсала - я выяснила, хотя догадаться об этом было бы не трудно. О том, что его нужно заполучить, сомнений тоже не было. И пусть сделать это было куда труднее, чем говорить, рано или поздно я его найду. Способ, который столь любезно предложила ведьма, даже в мыслях моих вызывал отвращение, но если не останется ничего другого - я сделаю это.
