- Что-то странное есть в ней самой, а не в ее титуле, - Шема в задумчивости растягивала слова, отчего фраза прозвучала легкой мелодией, - Что-то странное и непонятное. Она ведь хорошенькая, так ведь? Эти черные глазки, эти очаровательные губки... О, как она на тебя смотрит... А как смотришь на нее ты...
- Шема, избавь меня от своих дурацких догадок, - холодно и презрительно.
- Нет, ты не так прост, - продолжала Шема, будто и не заметив слов Паллада, - Тебя могло привлечь только что-то поистине бесценное... Она хорошенькая, но не сногсшибательная красотка. Значит, что-то другое... Какой-то... дар? - она бросала слова наугад, нащупывая почву, но маг, вероятно, в чем-то не сдержался, отчего Шема победоносно, но приглушенно воскликнула:
- Есть. Я так и знала. Я почувствовала это на перевале Рива, но не могла поверить. А когда заметила, что девчонки не коснулось ослепляющее заклятье, думала, что ты как-то ее защитил. Но ты этого не делал. Ты трясешься над ней, чтобы эта неуклюжая курица не поскользнулась и не упала, но совершенно равнодушен, если рядом нападает маг. Если бы я кого-то оберегала, то первым делом подумала бы о том, как спасти подопечного от магии. А ты даже пальцем не пошевелил. Значит, наша леди не восприимчива к магии?
Молчание. Долгое, многозначительное молчание.
- Так я и думала. Редчайший дар. Благословенный дар, - Шема зашелестела довольным смешком и счастливо зашептала так тихо, что я едва расслышала:
- Милый мой, да ведь это клад похлеще всего Лакита!
- Не тебе этим кладом владеть, - резко охладил ее Паллад.
Но Шему было не остановить:
- Щит! Ее можно использовать как щит при магической атаке, - восхищенно шептала женщина, едва не захлебываясь словами, - Она пройдет туда, куда обычному человеку доступ заказан. На нее не подействуют никакие магические ловушки. О, Паллад, я ошибалась в твоих намерениях, прости. Я вижу, ты ей нравишься, и подумала, что и ты не прочь взнуздать кобылку...
- Хватит, - угрожающе-тихо, с привкусом ярости.
- Оливия не похожа на Зейдию, не так красива, как она, но она ведь тоже леди, и я решила, что девчонка напоминает тебе...
- Я сказал, довольно, - едва сдерживаясь, прошипел Паллад.
- Ты ее не забыл, да? - едкий сарказм, боль и гнев, - Сколько лет прошло? Три? Четыре? Паллад, эта дрянь не стоит, чтобы о ней вспоминали. Оглянись, посмотри на себя. Ты уже другой. Теперь никто не смеет безнаказанно причинить тебе боль. Никому в голову не приходит обмануть твое доверие. Никто не поймает тебя на мягкости или простодушии. Ты другой, ты силен, как никто из нас. Ты умен, как никто из нас. Тебе ничего и никому не нужно доказывать. У тебя великое будущее, только не упусти этой возможности из-за какой-то дуры, не способной разглядеть...
- Мне не нужны твои утешения, Шема, ни твое сочувствие или тем более жалость, - перебил ровно и холодно, будто и не было недавней вспышки ярости, - Что бы ты себе не думала о моих чувствах - оставь это при себе. То, что случилось с Зейдией, урок. И я его выучил. Нет смысла к нему возвращаться. И тебе не советую.
- Поддержка...
- Мне не нужна твоя поддержка, Шема, если она состоит в том, чтобы напоминать мне о совершенной когда-то глупости.
- Нет, Паллад, ты не понял. Это не тебе нужна поддержка. Это НАМ нужна твоя поддержка. Ты нужен нам.
Долгое молчание.
- Нам? Что ж, рассказывай, - сухо и предупреждающе.
- Я хотела сказать об этом позже, - несколько неуверено и с сомнением начала Шема, - но разницы нет. Ты бы все равно узнал. Дрез за последнее время сильно сдал, Паллад. Его верховенство среди Старших братьев ставится под сомнение, особенно после того, как ушел ты. Он без зазрения совести пользовался тобой, Паллад, десять лет ты был его правой рукой, его личным палачом и стражем, ты делал за него всю грязную работу. И Дрез привык к этому. Все к этому привыкли. Идти против Дреза означало идти и против тебя тоже, а на это никто не мог решиться. Твоя слава среди братьев всегда была незаурядной. Вдвоем с Дрезом вы были непобедимы, вот только никто не знал, что ученик давно перерос своего учителя. А потом ты ушел и бессилие Дреза стало очевидным. Ты ушел так внезапно, без видимых причин, поскольку никто не мог поверить, что ты мог все бросить из-за женщины...
- Причины были, но это не Зейдия.
