Он вычеркнул имя Мередит Роман и некоторое время внимательно смотрел на оставшиеся. Порядок, в котором они шли в списке, не совпадал с тем, в каком порядке он хотел с ними поговорить. Прежде чем пытаться подступиться к Конклину или даже Маккитрику с Эноу, нужно было раздобыть побольше информации.
Он вытащил из кармана куртки записную книжку и, достав из портфеля мобильный телефон, набрал номер Управления автомобильным транспортом в Сакраменто и представился лейтенантом Харви Паундзом. Назвав табельный номер Паундза, он попросил пробить Джонни Фокса. Дата рождения была записана у него в блокноте. В ожидании ответа он произвел в уме нехитрые подсчеты и получил, что Фоксу сейчас исполнился шестьдесят один год.
Ожидание между тем затягивалось, и он улыбнулся, представляя себе, как Паундз потом будет объясняться с начальством. В управлении не так давно ввели практику аудита обращений в службу предоставления информации. После того как в «Дейли ньюс» вышла статья о том, что полицейские повсеместно пользуются своими связями, чтобы по дружбе пробивать через Управление автомобильным транспортом нужных людей для дружественных репортеров и частных детективов, чьи наниматели не скупились на оплату издержек, новое начальство закрутило гайки и потребовало, чтобы все звонки и компьютерные запросы в службу информации управления регистрировались в специально введенной форме, в которой необходимо было указать для каждого такого обращения номер связанного с ним дела либо конкретную причину. Затем эти формы отправлялись в Паркер-центр и сверялись со списком выданных Управлением автомобильным транспортом за месяц сведений. Когда в процессе следующей такой сверки в списке появится имя лейтенанта Паундза, а соответствующей формы не окажется, ему придется объясняться с аудиторами.
Табельный номер лейтенанта Босх узнал из его служебного удостоверения, когда Паундз как-то раз опрометчиво оставил его приколотым к куртке, которую повесил на вешалку перед входом в кабинет. Он тогда на всякий случай занес номер к себе в записную книжку, решив, что когда-нибудь это может ему пригодиться.
Наконец вернулась служащая Управления автомобильным транспортом и сообщила, что в настоящее время на имя Джонни Фокса с датой рождения, которую сообщил Босх, никаких автомобилей не зарегистрировано.
— И частичных совпадений тоже никаких?
— Никаких, дорогуша.
— Лейтенант, мисс, — строгим тоном поправил ее Босх. — Лейтенант Паундз.
— Миз, лейтенант. Миз Шарп.
— Да уж, вам палец в рот не клади. Скажите мне, миз Шарп, сведения за какой срок хранятся в вашем компьютере?
— За семь лет. Еще вопросы?
— А как проверить записи за более ранний период?
— Никак. Если хотите заказать ручную проверку записей, пишите официальный запрос, лей-те-нант. Срок исполнения до четырнадцати дней. В вашем случае можете рассчитывать на максимум. Еще вопросы?
— Больше вопросов нет, но мне не нравится ваше отношение.
— Это взаимно. Всего наилучшего.
Босх захлопнул крышку телефона и расхохотался. Теперь информация о его обращении в транспортное управление точно никуда не денется. Уж миз Шарп за этим проследит. Скорее всего, фамилия Паундза будет первой в списке, поданном в Паркер-центр. Он набрал служебный номер Эдгара и застал бывшего напарника практически на выходе из участка.
— Гарри, что случилось?
— Ты чем-то занят?
— Нет. Ничего нового.
— Можешь пробить для меня одно имя? Я уже звонил транспортникам, но мне нужно, чтобы кто-нибудь порылся в компьютере.
— Э-э-э…
— Послушай, ты можешь или не можешь? Если ты беспокоишься из-за Паундза, то…
— Эй, Гарри, полегче. Что за муха тебя укусила? Я не сказал, что не могу. Назови имя.
Босх сам не понимал, почему отношение Эдгара так его взбесило. Он сделал глубокий вдох и попытался успокоиться.
— Джон Фокс. Джонни.
— Черт, да этих Джонов Фоксов как собак нерезаных. У тебя есть дата рождения?
— Да, есть.
Босх снова заглянул в блокнот и продиктовал Эдгару дату.
— Чем он тебе насолил? Как твои дела, кстати?
— По-всякому. Потом расскажу. Ты пробьешь его?
— Да. Я же сказал, что пробью.
— Ладно, у тебя есть мой мобильный номер. Если не дозвонишься, оставь сообщение на автоответчике на домашнем телефоне.
— Когда руки дойдут, Гарри.
— Погоди, ты же сказал, что ничем не занят.
— Ну да, но я все-таки работаю. Я не могу тратить все свое время на твои хотелки.
Босх на мгновение даже дар речи потерял.
— Знаешь что, Джерри, иди ты к черту. Я сам.
— Послушай, Гарри, я же не говорю, что я не…
— А я говорю. Ладно, все, проехали. Я не хочу подставлять тебя с твоим новым напарником или вашего бесстрашного начальника. Тебя ведь это смущает, да? Так что не надо мне этой лажи про работу. Ты ничем не занят. Ты собирался домой и сам прекрасно это знаешь. А, стой, или, может, не домой, а снова в бар с Бамси.
— Гарри…
— Все, давай, пока.
Босх захлопнул крышку телефона и некоторое время сидел неподвижно, дожидаясь, когда утихнет гнев, волнами исходивший от него, точно жар от решетки радиатора. Потом зазвонил телефон, который он все еще держал в руке, и Босху немедленно полегчало.
