Вскоре заслонки отъехали в сторону. На миг Кэтрин показалось, что они так и остались в двадцать втором веке. Она села и огляделась. Другие капсулы тоже открылись, остальные пассажиры уже выбирались из них. — Все живы? — спросил Михаил. — Как самочувствие? — Всё в порядке, капитан, — весело ответил Сэм.
— Я давно уже не капитан «Прометея», — просто обычный пассажир лётного шара «Весна».
— Для нас ты навсегда останешься капитаном, — сказала Кэтрин. — Михаил, а мы точно переместились? Все произошло так быстро! Я и опомниться не успела.
— Сейчас посмотрим, — Михаил подошел к пульту управления, включил круговой обзор. Вокруг было темно. Он настроил инфракрасные датчики камер, и они увидели, что корабль стоит в необъятной степи.
— Видишь, Кэтрин, гараж исчез, перемещение состоялось. Ваня, проверь временные и территориальные координаты.
Иван что-то нажал на пульте, на экране появились цифры.
— Всё правильно, — подтвердил Иван. — «Прометей» в этот раз не подвел.
— Ребята, нам нельзя здесь долго оставаться, берите вещи, СИС и выходите из корабля, — Михаил обнял их. — Желаю удачи! Вернемся за вами ровно через трое суток.
Люк открылся, воздушная лестница бесшумно опустилась в густую траву. Через минуту корабль исчез, а Сэм и Кэтрин остались одни в темноте шумерской ночи. Сэм боялся наткнуться на льва, которого они ловили с лугалем. Теперь-то он точно знал, что не лугаль, а лев — хозяин этих мест. К счастью, царя зверей они не встретили, наверное, его отпугивал яркий свет фонарика, который Сэм благоразумно включил в своем СИС.
Они шли всю ночь, стараясь как можно быстрее и как можно дальше отойти от места высадки. Небольшие привалы, которые Сэм и Кэтрин устраивали для отдыха, не могли восстановить силы, но их двигала цель, не позволяя усталости взять над ними верх. Компас и координаты, заранее введенные Михаилом в их СИС, не дали им заблудиться в темноте, и к утру они увидели Шуруппак.
Первым делом Сэм и Кэтрин отправились на рынок обменять серебряные украшения на местные деньги — небольшие слитки серебра, которые бы не привлекали внимания.
— Как давно мы здесь не были, — Сэм словно заново впитывал атмосферу Древнего Шумера. — Всё такое знакомое.
Они остановились у лавки ювелира. Древний оценщик озадаченно крутил в руках колье из серебряного гарнитура Кэтрин.
— Откуда вы? — поинтересовался он у Сэма.
— Из страны тысячи озер.
— Никогда не слышал о такой. Ты купец?
— Да, — подтвердил Сэм.
— Так вы берете или нет? — нетерпеливо вклинилась в их разговор Кэтрин.
— Уважаемый, — обратился ювелир к Сэму, — ты плохо воспитываешь свою жену, почему она вмешивается в разговор двух мужчин? Женщина, — хозяин лавки повернулся к Кэтрин, — тебя давно не наказывали?
— Еще чего! Пусть только попробует! — вспыхнула Кэтрин.
Сэм нарочито грозно посмотрел на Кэтрин:
— Со своей женой я сам разберусь. Уважаемый, так ты берешь украшения?
— Даю за них корову и двух гусей.
— Ты смеешься? — расхохотался Сэм. — Открой глаза, это тончайшая работа, украшения изготовил самый искусный мастер нашей страны. Мы уходим, в другом месте нам предложат лучшую цену.
— Подожди, — остановил его ювелир, — четыре коровы.
— Нам не нужны коровы, мы хотим разменное серебро.
Сэм и оценщик препирались еще несколько минут. Затем ювелир взвесил что-то, напоминающее грубые неотесанные камушки. Так в котомку к Сэму перекочевала целая горсть разменного серебра в слитках неправильной формы.
Забрав шумерскую валюту, они отправились на постоялый двор. Пообедав и поспав несколько часов, Сэм и Кэтрин двинулись в путь, к ковчегу.
Они шли вниз, вдоль русла Евфрата. На плоской равнине ковчег был виден издалека, но никак не хотел приближаться — до него оставалось приличное расстояние.
— Вот бы сюда лётный шар! — размечталась Кэтрин. — Я сейчас расплавлюсь от жары.
— Сама хотела, это твой план, — пробурчал Сэм. — Тебе еще ничего, только волосы покрасила, а мне в накладной бороде вообще не сладко, под ней лицо адски чешется.
Ближе к вечеру они добрались до ковчега. Люди облепили его, точно пчелы улей. Работа спорилась. Они увидели Михаила, раздающего приказания, Сэма, распределяющего бочки с ячменем, Анри и Вэя, подающих ведра со смолой наверх, и Эрнесто. Он сидел в тени большой деревянной балки и что-то писал. Они присмотрелись: в руках Эрнесто держал влажную глиняную табличку и палочку для письма.
— Наверное, строчит тебе любовное послание сквозь века, — предположил Сэм, — потом бросит его здесь в насмешку археологам.
Но Кэтрин его не слушала. Она не отрываясь смотрела на Эрнесто. Потом побледнела и резко осела вниз, прямо на землю.
— Кэтрин, что с тобой?
— Мне что-то нехорошо, голова закружилась.
— Неужели перенервничала, увидев Эрнесто?
Кэтрин попыталась встать, но не смогла. Сэм испугался за нее и сам стал белее полотна:
— Ты давно не пила, вероятно, это банальное обезвоживание, — он пытался успокоить Кэтрин и себя заодно. — Может, позвать кого-нибудь на помощь?