– Узнаем, что здесь и как, и отправим посыльного в Белоструйск. Там в прошлый раз мы оставили человека, ожидающего послания от нашего и других развед-отрядов. Поступим также и здесь.
– Мы формируем шпионскую сеть? – тихо спросила Каару.
– Только если зачатки, – мотнул головой Хаган. – Наша задача – найти ключевые цели для захвата. Мы – перед передовой.
– А где ее край? Как далеко мы можем продвинуться?
– Отец не накладывал никаких ограничений, – пожал плечами командир. – Думаю, мы можем дойти до самого края графств. Упремся в лес – тогда и повернем назад.
– Орда будет двигаться за нами, – восхищенно прошептала жрица. – Мы – стрела степи, летящая вперед и прокладывающая путь.
Брат только улыбнулся ей и ничего больше не сказал.
– Доброго денечка! – поприветствовал стражу Хаган, когда они приблизились к воротам.
Несомненно, группа вооруженных степняков не могла не насторожить стражу города. И то, что с ними была девушка, никак не улучшало ситуацию – а вдруг она жрица? Конечно, Каару позаботилась, чтобы ничто в ней не выдавало служительницу Иштар, но избавиться от подозрений все равно не могла.
– Чего надо? – грубо спросил правый стражник, не убирая руку с перевязи.
– Заблудили мы, – коротко ответил Хаган, и указал на стены города – Даже вот не знаем, что за место это. Шли вроде на юг, к морю, а вышли незнамо куда. В этих ваших лесах кто угодно заплутает, да так, что и сам Траст не выведет!
– Это Злив, степняки. А шли вы, видать, не на юг, а на запад, что сюда вышли.
Степняки запереглядывались. Злив! Похоже, они действительно сильно забрали, да вот только не на запад, а наоборот, на север. Мара бы побрала эти леса! Они ушли слишком далеко на север и запад, миновали несколько необходимых для посещения городов и… постойте.
– Это что, мы в другое графство забрались? – растерянно сказал Мэрген.
Каару уставилась на расслабившихся стражников. Да, они в другом графстве. И тут ничего, совсем-совсем ничегошеньки не знают о том, что в соседние владения вторглись степняки и захватывают города один за другим. Они не слыхали ни о войне, ни о том, что орда движется к ним. Фыркнув, Каару не выдержала и расхохоталась.
С гиканьем и свистом кавалькада всадников ворвалась в разросшуюся деревню, которую можно с легкостью было бы назвать городом, будь здесь собственный жрец Похищенного. К ночи похолодало, и их жаркое дыхание облачками пара вырывалось изо ртов. Спешившись, они разошлись по деревне, стуча по дверям и призывая хозяев покинуть свои дома.
– Идемьте, идемьте же с нами!
– Куда, на ночь глядя? – недоуменно отвечали заспанные люди, не понимая, что происходит.
Веселый смех, крики. Любопытствующее люди тянутся за пришельцами, привлеченные светом их факелов, безмерной радостью, безумием обреченных, что пляшет в их глазах и голосах.
– Янар, Хелена, Птачек! Я вижу иней, я вижу снег, но не вижу троп, по которым наш бог сможет прийти сюда! Покажите ему дорогу, жрецы! Верните огонь!!
От толпы, что нагрянула в деревню, отделились люди, разошлись в разные стороны. Тут и там замелькали костры, поля со снятым уже урожаем окрасились желтым, оранжевым и красным, стало светло, почти как днем. Повсюду раздавались охи и ахи, крики и восхищенные возгласы. Что творилось в эту ночь в большой деревне! Радость вперемешку с яростью затопила жителей, через край выплескиваясь из будто одержимых путников. «Сыны грозы, – летело по толпе. – Они вернут огонь».
Запиликали скрипки, запели флейты. Снедь и выпивка появлялись будто сами собой, а промозглая осенняя ночь вдруг превратилась в последний день Годящей недели, когда зима уже не страшна, когда весна, а с ней надежда уже на пороге.
Из местного трактира показалась необычная для здешних мест пара – островитяне, мужчина и женщина. Женщина была вооружена, а вот у мужчины за спиной была лишь лютня и никакого оружия, кроме небольшого ножа на поясе. Поняв, что происходит, мужчина тут же подключился к празднеству, распевая песни и гимны.
– Вот кого нам не хватало все это время! – весело воскликнул Лери. – Барда! Идем с нами бард, столько еще гуляний впереди.
– За них платить не будут, – ухмыльнулся бард. – Нет, жрец, у нас здесь дела, не по пути мне с вами.
Женщина, что все это время ходила за бардом, как привязанная, только сильнее поджала губы. Мрачное выражение не покидало ее лица, несмотря на царящее вокруг веселье. Неясно было, что она не одобряет – предложение жреца или ответ на него островитянина.
– Если не хочешь с нами, бард, тогда неси весть о нас, – сказал виконт. – Сочини песню, балладу, гимн, пой ее в каждой встречной деревне и городе. Рассказывай всем о «Сынах грозы», неси весть о нас и наших деяниях.
– Как пожелаете, Ваше Сиятельство, – поклонился Велизару бард.
Лицо его приняло задумчивое выражение, он замер, а затем уверенно провел рукой по струнам лютни, извлекая одновременно задорную и почему-то пугающую мелодию, сопровождая ее такими словами:
